Это произошло в Лейпциге зимой 1981 года. После моей одиночной отсидки, мой комбат Скрябин,"мир праху его", в целях профилактики моей воинской дисциплины, периодически, но постоянно "награждал" меня пятисуточными арестами.
В итоге я прожил в «Кларе Цеткин» (так все в гарнизоне называли нашу гаупвахту, якобы из-за отсидки в своё время самой Кларой) 45 суток из них 25 суток сидел в 3 камере «одиночки» на пером этаже. Первый раз сел 20 июля 1980 года (первый день Московской Олимпиады – поэтому и запомнил дату)
Второй этаж был общим для срочников, а третий – для офицерского состава. При мне караул наверх редко поднимался, все посты были на первом этаже и на дворе, под грибком. Комната начкара и караульные помещения были на первом этаже. Караул нёс соседний с нами Шинауский полк, потому проблем с отъездом не бывало, срок закончился и мирно уехал домой с караулом.
И вот, в один такой арест, находясь на общем режиме, мы вечерком спускались на первый этаж поинтересоваться обитателями подследственной зоны и пообщаться с кем-нибудь из них.
Там сидели такие персонажи, как сержант Мальцев, бежавший с оружием и с "испугу"застреливший немок, мать и дочь, поднявших шум у себя на даче, куда наш боец зашёл покормиться с автоматом.
Сидел там, напротив моей бывшей камеры, товарищ с Таджикистана, на которого, как часто это бывало в ГСВГ, подали заявление о совращении родители одной из местных девочек, коих множество оббивало проходы гарнизонных задворок.
А вот в "моей" бывшей камере находился уже больше двух месяцев очень интересный персонаж… Имени его не запомнил, а фамилия примерно то ли Потерябин, то ли Потерягин?
Парень родом был с Казани. Невысокого роста, тщедушный своей болезненной худобой, с лицом не познавшим ещё бритья и живым, бойким взглядом. Солдат был настолько доброжелательный и общительный, что караулы доверились ему так, что привлекали его к уборкам помещений гауптвахты.
Если с двумя другими арестантами мы общались через дверь, то "моему сокамернику" некоторые караулы дверь запирали только на отбой, и парень мог свободно перемещаться по этажу, не привлекая подозрения.
Впрочем, привожу мнимый, как оказалось позже, рассказ этого персонажа о том, какие приключения привели его к такому его положению.
Наш "герой" начал с того, что с детства был увлечён художественным творчеством, знает в иллюстрациях работы великих художников и, попав на службу в ГДР, просто не мог не воспользоваться возможностью воочию увидеть известные ему картины в Берлинских музеях.
Для этого он раздобыл гражданскую одежду, подсобрал марок с зарплаты, и так как служил водителем, выбрав момент погнал на командирском уазике в Берлин. Рассказывал он это всё как о шалости, как бы прикалываясь со своего озорства.
Что бы ему не прервали "культпоход", он расчётливо припарковался в центре города, где его не додумаются искать, и первые дни шарился по галереям и музеям а ночами спал в машине. Когда же закончилось горючее в машине, поселился в каком то ремонтируемом здании, где его местная полиция и обнаружила, логично передав советской комендатуре.
И вот теперь он самодовольно заявляет, что его, помурыжив ещё чуток, должны бы отпустить, поскольку для обвинения в дезертирстве следакам не хватает пару дней к его отсутствию.
В последующем мне ещё несколько раз приходилось проводить на "Кларе Цеткин" пятисуточные дисциплинарные "моционы" и наблюдать иногда через сетчатые пролёты второго этажа этого «ценителя музеев», то драящего полы, то что-то прибирающего в коридорах гаупвахты...
(продолжение - https://zen.yandex.ru/media/gsvg/rasstrel-v-karaule-chast-2-5d6a10a192414d00aebaa060 )
Начал с нами делиться особенностями ЧП, каких в ГСВГ, наверное, не случалось с послевоенных времён. камрад Руслан Бестаев.
Если Вам интересны мои публикации, поставьте палец вверх и подпишитесь на мой канал. Читайте остальные рассказы, кликнув на название блога "Служба в армии". Делитесь историями в комментах или высылайте рассказы на tagitus@yandex.ru. Выставлю от имени автора. Спасибо всем за внимание!
