Кто думает, что знает, чем отличается жизнь заграницей, от жизни дома. Глубоко заблуждается. Она не отличается ничем. И всем, одновременно. И дело не в рационах, традициях, языках, климате. Помилуйте,.. Переживёшь джетлаг, и ты - в конец свой! Ходишь, такой, в сомбреро. Сыпешь по-португальски, к примеру. Подпеваешь, на вечеринках, фаду. Вечером, в тихую, жрёшь гречку с тушёнкой. И уравновешенность внутреннего с окружающей – соблюдена. Гармония и благость «так и прут, так и прут!»
Но это всё – маскарад. Придумка, и не слишком убедительная.
Чтобы понять. Принять и усвоить все прелести нового, чужого, небанального места. Надо стать больше, чем «свой»! Необходимо, как бы, родиться, в тутошних прериях.
А как? А кто научит, если всё население делится на приезжих отпускников, ассимилировавших эмигрантов и, собственно, «сами мы местные».
«Уф!» - сказала я и захлопнула ноут. Тема «пришельцев» была не праздной. Раньше, давно. Любая поездка, максимум, через три дён. Заканчивалась! Ибо, меня начинало «неудержимо рвать на родину!» Любимая болезнь чахоточных аристократок – ностальгия – жила во мне вольготно. И «поднимала голову» при каждом удачном случае. Иной раз, принимая за скоропостижный отъезд – чемоданы, денщик. Крым, прощальный пароходный гудок – даже вылазку к друзьям, в деревню. Вдруг, что-то внутри со звоном лопалось. На чело набегала глубокая вертикальная морщина. А после трёх стопок водки, сразу ничего не хотелось. Кроме, лечь и заплакать.
Тогда, мой спутник вызывал такси, и мы ехали к себе…
Сие положение дел мне не нравилось. Но и поделать ничего не получалось. Зараза точила меня исподволь, в обычном режиме. И выскакивала чёртом – при обстоятельствах особенных. И уже, обойтись рёвом и колкой недельной депрессухой, не выходило. Я погружала сознание в далёкое прошлое. Не сама –желанием. А принудительно, чтобы отойти, опамятоваться. Примкнуть и отдохнуть. И вернуться в своё. До следующего наката…
Как там бывало, в запредельном? По-разному… Щемяще-сладко, выразительно-жутко и горько-горько…
Учитывая, что приступы случались, привязано к родным местам. Я начала изничтожать причины. Не места, Боже упаси! Привязку.
Сказ не короткий. Всего уж и не помню – как кувыркалась. В итоге, научилась жить «не у себя». НО!!! У себя!
Я решила проблему кардинально. Заведя в. нужных мне, точках мира - мир свой. Покупала дома, квартиры. С нерядовой этникой и эклектикой. Находила – как бисер в стоге сена – обустроенные местечки, цепляющие чувства, беспокоящие или, напротив, убаюкивающие душу. Добавляла чуть своего – как каплю крови, в стакан сидра. И получала рай. Уголок, где хворь персон. Кои, умудряются жить без защитной плёночки на сердце. Не только не обостряется, но лечится. Лечится, лечится…»