Агустин Простой 57

Ее слова, возможно, удивили меня, но полковник Сюй молчаливо принял ее мнение. Он казался хорошим парнем, и ничего не мог поделать с Лин Юном и мной. С другой стороны, при нынешнем положении вещей солдатам пора было рисковать.

В настоящее время на базе находятся два вертолета WZ-9 отечественного производства. Прежде чем формально начались испытания, их пилоты, два лейтенанта, провели недельную парашютную подготовку, один из них за пультом управления выполнял трюковые полеты, которые имитировали падение, когда другой выпрыгнул из заднего люка. Они также опробовали эжектор, небольшую ракету, прикрепленную к спинке кресла пилота; при запуске вертолет испускал облако дыма, как будто он был поражен, а затем пилот выбрасывался из люка, как камень, на значительное расстояние, пока его парашют не открывался. Это было захватывающее зрелище.

Однажды, во время перерыва, пилот спросил Линь Юня:“майор, мы, вероятно, будем поражены чем-то? Если это похоже на то, что случилось с капитаном Вангом, то, боюсь, тренироваться бесполезно.”

- На этот раз молния будет гораздо слабее. Если самолет неожиданно поражен, это не вызовет такой степени повреждения. Само испытание будет проходить на пяти тысячах метров, так что у вас будет достаточно времени для прыжка.”

- Я слышал, что буду стрелять молниями в другой вертолет, - сказал другой пилот.”

- Это верно, но сила только так высока, как то, что вы используете для слива остаточного заряда батареи.”

Лейтенант расхохотался.- Так ты хочешь использовать это оружие в воздушном бою? Оружие, способное стрелять только на сто метров? В воздушном бою?”

- Конечно, нет. Ваши два самолета будут тянуть эту электрическую дугу по воздуху, как драгнет, чтобы поймать—или, скорее, возбудить-структуру, которая может там присутствовать. Если он обнаружен, объект может быть мощным оружием сдерживания.”

- Майор, все это становится очень странным. По правде говоря, я больше не доверяю вам, люди. Я просто надеюсь, что смогу закончить это быстро и вернуться в свое подразделение.”

Когда лейтенант упомянул капитана Ван Сонглина, в которого ударила молния из искусственно заряженного облака, мое сердце сжалось. Я представил себе, каково мне будет, если я столкнусь с такой опасностью в полете—без сомнения, я буду охвачен ужасом. С другой стороны, если бы я был Лин юном, я все еще не мог бы откровенно говорить об этом с двумя пилотами. Но их юные лица передо мной выглядели невозмутимыми, как будто они просто ехали на машине по пригороду.

Позже мы придумали еще много способов повышения безопасности эксперимента. Наиболее вероятным казалось подвешивание генератора молнии на кабеле, прикрепленном к днищу вертолета; если бы он был достаточно длинным, это полностью решило бы проблему безопасности. Мы проклинали себя за то, что не придумали такой простой схемы раньше. Затем тесты показали, что это не сработает, так как качание подвешенного генератора было достаточно сильным, чтобы сделать точное целеуказание невозможным, и нам в конечном итоге пришлось вернуться к нашему первоначальному, рискованному плану.

Но до этого мне стало любопытно, какие принципы лежат в основе генератора молний. Несмотря на то, что расстояние между ними составляло всего сотню метров, использовать маленький электрод генератора для разряда на таком расстоянии было практически невозможно, а поддерживать дугу еще труднее. Из-за секретности было неуместно задавать слишком много вопросов, но когда я впервые увидел внешнюю часть системы, я обнаружил необычное оборудование. Это была короткая толстая трубка, установленная очень близко к электроду. Один конец указывал в направлении разряда, а другой был вставлен в устройство большого объема, которое-судя по цилиндрической оболочке и высоковольтным проводам, которые ее обматывали—оказалось небольшим ускорителем частиц. Я решил, что это каким-то образом связано с секретом дальней разрядки. Позже я узнал, что это был излучатель пучка, который стрелял потоком заряженных частиц в цель до электрического разряда. Частицы ионизировали воздух, чтобы сформировать путь разряда, который вел дугу к цели.

Погода была хорошая в день первого испытания.