Андроник Сильный 28

Я добавил его к списку вещей, которые должен был сделать милой женщине, которой тоже не хватало пары теннисных туфель, когда она доберется до места назначения. Мне было очень жаль, но я постараюсь загладить свою вину, как только смогу. Если бы я мог.

Если бы я не могла, если бы я не выбралась из этого, Адам знал бы, что я хочу, чтобы эти люди получили компенсацию за то, что я взяла.

Я сложил все в цветастый рюкзак и оттащил его в дальний угол автобуса. Затем я снова превратилась в койота и свернулась калачиком в углу, металлические стены автобуса были по обе стороны от меня.

Я снова привыкла чувствовать себя в безопасности, с тех пор как мы с Адамом стали парой. Ладно, вампиры, тролли и множество других злодеев, которые варьировались от ужасающих до страшных, пытались убить меня на довольно регулярной основе, но Адам прикрывал мою спину. Я не осознавала, как сильно жаждала его, пока он не исчез. Снова.

Раньше я думала, что в безопасности. Я оставила большую часть сверхъестественного позади, когда покинула стаю Маррока в шестнадцать лет. Я учился в колледже и решил, что работа механика подходит мне больше, чем преподавание. Почти десять лет я жила в своем трейлере, каждый день ходила на работу, и никто не пытался меня убить. Я чувствовала, что мне никто не нужен за моей спиной. Даже когда мой мир начал наполняться делами сверхъестественного сообщества, я не утратил способности найти безопасное место-дом.

Но на самом деле никто не в безопасности. Не когда-либо. Потом, после того как я собрала осколки и склеила их вместе с частицей надежды, доверия и волшебной пыли, я нашла другое место, чтобы быть дома и в безопасности.

Я остановился в мгновенном ужасе. Неужели я вышла замуж за Адама только для того, чтобы чувствовать себя в безопасности? Паника длилась лишь мгновение, потому что я знал лучше. У меня были часы и часы консультаций с довольно удивительным консультантом. Отчасти это было связано с некоторыми плохими вещами, которые произошли, но отчасти это было так, что я могла выбрать Адама—потому что я выбрала его, а не потому, что я знала, что все, что придет после меня, должно пройти через него.

Но все же . . . Я думал, что был в безопасности.

Повелитель ночи пришел на мою родную землю и забрал меня туда, а затем потащил в Италию, как будто стая, как будто все мои союзники, не были препятствием вообще. Он вытащил меня так же чисто, как если бы я прыгнула на его самолет—потому что он никак не мог привезти меня сюда на коммерческом самолете—по моей собственной воле.

На бегу у меня было время подумать. Моя нынешняя версия того, почему Бонарата привел меня сюда, была такой: он хотел привести меня сюда, думая, что я принадлежу Марсилии, потому что мысль о том, что Адам и стая могут сотрудничать без ее участия, просто никогда не приходила ему в голову. Я была фигурой на шахматной доске, королевой которой он считал Марсилию. Он взял меня, который, по словам Вульфе, был самым могущественным из помощников Марсилии, чтобы показать ей, насколько она бессильна. Я не знаю, что бы он сделал, если бы я была тем оборотнем, которым он изначально меня считал. Но его маленького оборотня было достаточно, чтобы заставить меня насторожиться. От нее пахло, пахло тошнотой—такой тошнотой, что мой койот решил, что есть что-то нехорошее.

У меня были и другие версии того, почему Бонарата украл меня—но ни одна из них не имела смысла, включая эту. Бонарата был умнее этого; он должен был быть умнее, чтобы прожить так долго.

Я действительно была уверена, что Марсилия как-то замешана. Было что-то в том, как он посмотрел на меня, когда сказал, что не хотел убивать Марсилию, поэтому он не разорвал связь, которую я разделяла (предположительно) с ней.

Я вздрогнула, хотя в автобусе было не особенно холодно, а моя летняя шуба могла бы защитить меня в самую сильную метель, которая могла обрушиться на Ломбардию.

Он думал, что я связан с Марсилией.

Я ненавидела то, что слово для того, что вампиры делали со своими жертвами, было тем же самым словом, которое описывало то, что было между Адамом и мной, между стаей и мной.

Из того, что я узнала с тех пор, как мы с Адамом стали парой, я поняла, что все магические узы образуются из одного и того же вида магии. У людей тоже есть такие связи, но их связи более мягкие и хрупкие. Хрупкий.

Как и большинство вещей, узы стаи и брачные узы могут быть скручены, но по своей природе они поощряют эмпатию, потому что они являются эмоциональными связями. Они были узами между равными-даже узами между стаей и ее Альфой.