Монюня меня поражает - скоро семь лет, как эта звезда больших и малых императорских театров поселилась в моей скромной однушке, а я все никак не привыкну к ее размаху. Сцена по ней плачет, я бы даже сказала, рыдает взахлеб.
Любимое место в квартире - большой зеркальный шкаф, в который можно смотреться, умиляясь своему великолепию.
- Это вообще законно? - вопрошает она, разглядывая свою заурядную физиономию пингвина, - Быть такой очаровательной...
Моня убеждена, что почти вся красота мира досталась ей, и, чтобы не обижать мир, надо щедро делиться с ним собой. Но вот незадача - возможностей у нее для этого не очень много.
Но тут представилась одна - внезапно вылезший аллергический дерматит покрыл мою пузофею неприятными красными бляшками. Пришлось затолкать ее в переноску и везти в клинику. И вот, стоило только сесть в такси, как Моня осмотрелась, открыла рот и возопила:
- Выпусти меня!!!
- Сиди тихо.
Ага, где там... Монюня базлала, как на митинге - ей непременно надо было выйти из переноски, потому что там ее не видит таксист. Как только я взяла ее на руки, она мгновенно успокоилась, зажгла в глазах зеленый свет и подмигнула в зеркало заднего вида:
- Мур?
Таксист посмотрел на ее физиономию, покрытую красными пятнами, и нервно зачесался.
- Не волнуйтесь, она аллергик. Это не заразно.
Таксист подумал и подмигнул Монюне в зеркало.
Она стала перебирать лапочками и включила мурчало на полную громкость. Таксист обрадовался:
- Ыыыыы....
И все это с переглядыванием в зеркало. Всю дорогу Монюня демонстрировала таксисту свою прелесть и добилась того, что в конце поездки он попросился ее погладить.
- Раз, - сказала Монюня.
В клинике ее жертвами пали суровая докторша и мальчик-интерн. Бегали вприсядку вокруг стола, гладили ее и муськали, чесали шейку и за ушками, хором уговаривали не дергать лапкой и не бояться укольчика.
- Ну какая же ты классная!
Монюня сияла взглядом и милостиво позволяла себя баловать:
- Два. И три.
На ресепшне заливалась лаем толстенькая французская бульдожка. Ее привели в страшное место с кучей животных, и она отчаянно показывала всем, что она тут самая страшная. Забилась хозяйке под ноги и яростно облаивала все, что видела.
- Сейчас будет четыре, - прошептала Моня и сделала движение, чтобы соскользнуть с моего плеча.
- Ку-у-у-уда?! А ну давай в переноску!
- Нет-нет-нет, - моя мисс Вселенная уперлась всеми четырьмя лапами, - как я очарую всех этих людей из переноски? Посмотри на несчастную собаку, ей срочно нужна порция красоты!
- А ты-то тут причем? Посмотри на себя, ты вся в пятнах от зеленки.
- Я похожа на индианку.
- Жаль тебя разочаровывать, Моня, но индианки не так выглядят, - я плюю на отчаянное сопротивление и закрываю дверцу переноски.
Всю дорогу Моня дуется. Дома я ее выпускаю, она привычно обходит территорию и понимает, что кроме меня, очаровывать больше некого. Задирает хвост пистолетом, зажигает свои зеленые огоньки и идет на меня, вкрадчиво подмуркивая:
- Мрррр... Иди сюда, мать-ехидна, хоть тебя обворожу...