.
Как, и предыдущую мою заметку, о Елене Гуро, я мог бы начать со слов, что и А. Крученых - не назовешь великим поэтом, что, тем не менее, мне нисколько не мешает любить его стихи. Странно заявить, но стихи футуриста А. Крученых, все же, обладают притягательностью, обаянием, которого, на мой взгляд , не хватает стихам Д. Бурлюка. Д. Бурлюк был, все же, манифестатором, от лица искусства, его стихи - скорее манифестация каких-то взглядов на поэзию, чем сама поэзия, (хотя, и манифестация, в форме самих же стихов.) Истинная Поэзия - всегда цель, никогда не средство. Поэзия же у Бурлюка служила средством - манифестировать какие-то взгляды. А у Алексея . Крученых - даже, наиболее, его "манифестаторские" стихи, все-равно, удивительно интимны, трогательны, и самоценны, ибо, поэзия у него цель, а не средство, не смотря на то, что вся его поэзия свелась к бормотанию, к обрывающемуся полушепоту Серебряного Века, эха, с которым жил поэт, и в советское время. Алексей Крученых - один, из немногих поэтов, которому удалось увидеть все ужасы сталинизма, чудом оставшись нетронутым. Может быть, благодаря этим чертам, Крученых не скучно читать, в отличии от других футуристов - второго ряда.
Как можно обозначить язык Крученых? Конечно как заумь. Однако, заумь Крученых выражала , какие-то, сокровенные миры "бессознательного" - в которых драматизм мог сочетается с детскостью. Его образы и строки цепляют, такие, как "тараканы стреляются рисом в ухо". Кстати, А. Крученых очень повлиял на поэзию Айги, авангардиста Кедрова (подпольного двойника Вознесенского, с которым Вознесенский дружил), а так же, Кривулина, и Сапгира. Возможно, А. Крученых не расстреляли (как Мандельштама и Хармса) только потому, что считали его безобидным юродивым, это обстоятельство, и спасло поэту жизнь. Крученых, просто, не замечали.
Например, Хармса невозможно было не заметить, Хармс был видной, даже вызывающей фигурой, как впрочем, и Заболоцкий. А Крученых жил, как мышка за нарисованной печкой, его заумь, как бы, ничего не нарушала, и ничему не бросала вызов...
Умер поэт в 1968 году. В послевоенные годы поэт жил, с трудом сводя концы с концами, за копейки продавая редкие рукописи.
Как можно обрисовать поэзию Алексея Крученых? Голос поэта А.Крученых, словно, располагается, где-то, между его личным полуразборчивым шепотом, и например, шепотом листвы царскосельского сада, в котором гулял Анненский, или ,например, Ахматова, ибо, Крученых жил в измерении, в котором говорить, что-то, "во весь голос", было, уже нельзя (как Маяковскому), по всей видимости, на мироощущении , что "мир кончается не взрывом, но всхлипом" ,(как сказал другой современник Крученых - Элиот), и держатся его странные стихи. Словно доносится до нас не голос поэта, а его странный, полуразборчивый шепот. И может быть, одному Айги удастся в 50х годах расшифровать это бормотанье Крученых, создав совершенно новую поэтику - более ритмичную и внятную. Но все это произойдет, несколько позднее.
x x x
Дыр бул щыл
убешщур
скум
вы со бу
р л эз
1913
---* — *-— *
В полночь я заметил на своей простыне черного твердого,
величиной с клопа
в красной бахроме ножек.
Прижег его спичкой. А он, потолстел без ожога, как повернутая дном железная бутылка...
Я подумал: мало было огня?...
Но ведь для такого — спичка как бревно!...
Пришедшие мои друзья набросали на него щепок
бумаги с керосином — и подожгли...
Когда дым рассеялся — мы заметили зверька,
сидящего в углу кровати
в позе Будды (ростом с 1/4 аршина)
И, как би—ба—бо ехидно улыбающегося.
Поняв, что это ОСОБОЕ существо,
я отправился за спиртом в аптеку
а тем временем
приятели ввертели ему окурками в живот пепельницу.
Топтали каблуками, били по щекам, поджаривали уши,
а кто-то накаливал спинку кровати на свечке.
Вернувшись, я спросил:
— Ну как?
В темноте тихо ответили:
— Все уже кончено!
— Сожгли?
— Нет, сам застрелился...
ПОТОМУ ЧТО, сказал он,
В ОГНЕ Я УЗНАЛ НЕЧТО ЛУЧШЕЕ!
(А.Крученых)
x x x
ЗАБЫЛ ПОВЕСИТЬСЯ
ЛЕЧУ К АМЕРИКАМ
НА КОРАБЛЕ ПОЛЕЗ ЛИ
КТО
ХОТЬ был ПРЕД НОСОМ
1913
УЕХАЛА!
Как молоток
влетело в голову
отточенное слово,
вколочено напропалую!
— Задержите! Караул!
Не попрощался.
В Кодж оры!
Бегу по шпалам,
Кричу и падаю под ветер.
Все поезда
проносятся
над онемелым переносьем…
Ты отделилась от вокзала,
покорно сникли семафоры.
Гудел
трепыхался поезд,
горлом
прорезывая стальной воздух.
В ознобе
не попадали
зуб-на-зуб шпалы.
Петлей угарной — ветер замахал.
А я глядел нарядно-катафальный -1в галстуке…
И вдруг — вдогонку:
— Стой! Схватите!
Она совсем уехала?
Над лесом рвутся силуэты,
а я — в колодезь,
к швабрам,
барахтаться в холодной одиночке,
где сырость с ночью спят в обнимку,
Ты на Кавказец профуфирила в экспрессе
и скоро выйдешь замуж,
меня ж — к мокрицам,
где костоломный осьмизуб
настежь прощелкнет…
Умчался…
Уездный гвоздь — в селезенку!
И все ж — живу!
Уж третью пятидневку
в слякоть и в стужу
— ничего, привыкаю
хожу на службу
и даже ежедневно
что-то дряблое
обедаю с
кислой капусткой.
Имени ее не произношу.
Живу молчальником.
Стиснув виски,
стараюсь выполнить
предотъездное обещание.
Да… так спокойнее —
анемильником…
Занафталиненный медикамен —
тами доктор
двенадцатью щипцами
сделал мне аборт памяти…
Меня зажало в люк.
Я кувыркаюсь без памяти,
Стучу о камень,
Знаю — не вынырну!
На мокрые доски
молчалкою
— плюх!..
ПАМЯТИ ЕЛЕНЫ ГУРО
...Когда камни летней мостовой
станут менее душны,
чем наши легкие,
Когда плоские граниты памятников
станут менее жесткими,
чем наша любовь,
и вы востоскуете
и спросите— где?
Если пыльный город восхочет
отрады дождя
и камни вопиют надтреснутыми
голосами, то в ответ услышат шепот
и стон «Осеннего Сна»
«И нежданное и нетерпеливо — ясное
было небо между четких вечерних
стволов... — («Шарманка» Е. Гуро)
Нетерпеливо-ясна Елена Гуро...
1914
(А.Крученых)
РЕСТОРАННЫЕ СТИХИ
Я-сорвавшийся с петли —
буду радовать вас еще триста круглых лет!,
при жизни — мраморный и бессмертный,
За мной не угонится ни один хлопающий могилой мотоциклет!
Я живу по бесконечной инерции
как каждый в рассеяности свалившийся с носа луны
остановить не могу своего парадного шествия
со мною судьба и все магазины
Обручены!
1919 (А.Крученых)
Зудивец
Со смыслом жизни на 5-й минуте покончив
Ищу нелепия упорных маслаков
Чтоб грызть их зубами отточенными
Каких не бывает и у заморских грызунов!
Моя душа — эссенция кислот
Растравит кость и упругие стали
Слюну пускает без хлопот
На страшном расстоянии
Не зная устали
Транспорт будалый!..
—
Отлангюрю
Отманикюрю свой язык
Причешу кудри мозга моего
И пойду на спор
И рык —
Добивать бога любовьего.
Зуди! точи
Грызи
— Угрыз!
* * *
От вздрогнувшей стены
отделилась девушка
подмигнула
и стала старухой.
Так просто без шума
переворачиваются
квартиры
пропадают подсвечники
и стреляются тараканы
Рисом
в ухо.
(Крученых)
ТРОПИЧЕСКИЙ ЛЕС
Пробуждается и встает
в белых клубах негр
смотрит на круглый живот
пробует острый верх
водомет голубой крыло головы
зубы сверкают среди барвинков
лежа на копьях листвы
кто-то играет на скрипке