В 80-х случился на Богородской фабрике кризис. "Офабричивание" промысла, после превращения его в 1961 году в Богородскую фабрику, принесло ему все особенности промышленного производства - план, ОТК, массовое производство, и так далее и тому подобное. Но фабрика - то художественная, значит возможны творческие кризисы. Творческая группа фабрики нуждалась в свежих идеях, нужны были новые люди. Именно тогда, благодаря таким художникам-мастерам, как Беркутов Игорь (окончил Абрамцево), Уласевич Светлана (окончила БПТШ), в Богородском возродилось окрашивание резных скульптур. Окрашивание подразумевало немного другую подготовку поверхности изделия, например, использование наждачной бумаги. Появлялись новые образцы, композиции. Они поступали в цех, резчикам нужно было их осваивать.
Отдельные старые мастера начали волноваться. Как это? Только что недавно начали по-чистому работать ножами, а теперь, что, опять будем пыль глотать? Курьез. На самом деле паника была напрасной, всё было, как и раньше. Образцов для работы предприятия было достаточно, как на фасках, так и появившихся новых, шлифованных и крашеных. Фабрика работала, резчики резали, план выполнялся. Художники создавали образцы.
Техника резьбы "на фасках", ко всему прочему, убирает из работы богородских мастеров древесную пыль. Не скажу, что для продукции "это лучше" или "это хуже". Но, после внедрения "фаски", резчики уже не "шкурили" изделия и в цеху пыли не было. И это хорошо. Внедрённая "фаска" прижилась.
В общем-то поставить вентиляцию-вытяжку на производстве не трудно, тем более постаменты-донца все-таки шлифовали, и для этого был отдельный цех. Но вот дома было не так всё просто. А работали и дома, и немало. И дома работали все: некоторые, не успевая гнать план, навёрстывали после работы, другие, просто "халтурили налево". Липу для этих целей или выкраивали из фабричной, экономя, или покупали - "доставали". Ну, а молодежь, "ничтоже сумняшеся", ночью могла перелезть через забор фабрики и стащить бревно-другое. Потом нести его на плечах по деревне, под ночными фонарями и в подвале общежития пилить, колоть и делить добытое непосильным трудом. Со свободным доступом к материалу в Богородском были проблемы. Привозили для фабрики липу издалека. Везли сначала поездом, выгружали в Загорске, потом везли на фабрику, укладывали под навесы, она лежала годами на воздухе. А уж потом распределяли, распиливая на куски в распиловочной, в зависимости от назначенной мастером цеха работы. Народ с бумажками-нарядами шел в распиловочную. А там орудует громадной циркулярной пилой суровый пильщик Казарян: что тебе отпилит, из такого материала и режь. Скажет ему мастер цеха - этого наказать - получишь кусок с сучками. А если у тебя с уважаемым человеком добрые отношения - может с запасом отпилить. Но, если честно, на работу материала хватало всем. Только иногда, для приработка, были нужны и большие куски липы. Под медведя с шампанским, например. Тогда и приходилось быть предприимчивым, веселым и находчивым.
А что фаски?
А фаски не самоцель. Да, это показатель мастерства и техники. Требует опыта, острого инструмента, поставленной руки. Подчеркивает материал. Это "почерк" богородского резчика. Но, всё же, главное у богородчан - образность, лаконичность, искренность резных произведений. Этим и славится богородская резьба. Тем, что форма соответствует содержанию. Отсутствием фальши. Прагматичностью, даже.
Как-то ребята, в общежитии профтехшколы, попробовали чистить картошку "на фасках". Получалось технично, но приводило к большому расходу продукта. Картошка "на фасках" в промысле не прижилась.. ))