Окончание. Начало здесь
Очень смутно помню как, отворив подъездную дверь, я вывалился во двор и застыл, покачиваемый ласковым летним ветерком.
Обводя панораму своего двора мутным прицелом, я мучительно обдумывал дальнейшие действия, так как показываться в таком виде домашним мне образцовому 10-класснику было как-то не с руки.
Тут подваливает ко мне сосед Жека.
Жека был гораздо старше меня, но всегда общался с нами запросто, по-свойски.
Этот Жека был довольно интересной личностью.
Он был низенький и толстенький.
Жекин старший брат постоянно издевался над ним и звал его любя то Джузеппэ то Джюджеппа.
Бала у Жеки собака системы французский бульдог по кличке Джина — такая же маленькая и толстенькая. Она постоянно хрюкала и что-то жевала. Впрочем, как и хозяин.
Жека был женат на суровой женщине такой же комплекции (но в отличие от Жеки с Джиной еще и очень сильной!). Та держала мужа в ежовых рукавицах, и мы частенько по ночам слышали тихие Жекины вопли, жалобно оглашавшие всю округу: «Лю-у-у-ди, она меня бь-ё-о-т!!».
Нет, жили они душа в душу, но иногда дрались, слов нет, но не сильно, так, до первой крови... А в целом, полюбовно так жили, нормально, как все...
И вот подходит Жека с Джинкой. Как всегда с полными карманами вискаса — одну Джине, одну себе. Весело так похрустывают оба-два.
Подходит. Предлагает мне жменьку вискаса от души.
Я хоть и пьяный, но вида не подаю, отказываюсь вежливо.
Жека и говорит для поддержания разговора:
- Смотри, Владян, какой шкрек (лягушка по нашему) жирный! - Знаешь, что это с ней??
А я в душе не чаю, и что характерно — чаять не собираюсь.
Отвечаю ему не впопад, мол понятия не имею.
А лягуха и правда такая с раздувшимися боками сидит, на нас с Жекой бельмами своими блымает.
Жека воровато оглянулся по сторонам, доверительно приблизил ко мне свою харю и шепчет на ухо, дыша собачьим кормом:
- Это она знаешь чё?! БЕ-РЕ-МЕ-НН-АЯ! Вот чего! Только тсссс!
Поглядел я на него с грустью.
- Уходи ты, Жека, - говорю тихо. Мне, - говорю, - на тебя, родной, смотреть ужасно, не то что такие вещи детсадовские воспринимать!
Тот ничего, загрузил корм в хавальник и пошёл своей дорогой. Хотя мог бы и в ухо дать.
С авторитетами — оно так!
И вдруг потянуло меня..., эдак шибко потянуло на родную землю.
Ослабшие ножки вынесли меня на лужок, где дети в песочек играют среди кошачьих какашек.
Лёг я на травушку-муравушку.
Лежу небом синим любуюсь, а в зубах лёгкая былинка болтается. И в башке песенка крутится «Я люблю тебя жизнь, и надеюсь, что это взаимно!».
А чтобы без палева было, если кто обратит внимание — я типа секретики детские рассматриваю в песке.
Короче, откисал я таким образом часа три, пока хмель в песок не вышел.
И вот что примечательно, никто этих солнечно-воздушных процедур как-то и не заметил.
А детишки даже возвели на мне целый замок из песка.
Поднялся я, отряхнулся и направился дальше как не в чём ни бывало, готовый на новые подвиги!