Не только Девятые симфонии являются Рубиконом для музыкантов, но и, начиная с Чайковского, – Шестые, за которыми уже закреплены темы сплетения со смертью. Такова и Шестая симфония Малера. Если Чайковский в своём опусе воплощал общий плач интеллигенции XIX века, то у Малера трагедия (не зря симфония названа Трагической) обретает общественный, – да черт с ним! – мировой характер. Неспроста первая часть начинается с трагического марша, который будто бы предрекает весь XX век. Этот фрагмент вызывает чувство дежавю. С первых аккордов мы узнаем музыку и Шостаковича, и Прокофьева, и Мясковского...
Симфонию Малер написал в 1904 году. Правда, впервые исполнена она была лишь в 1906 году. Все это происходило в благополучный период жизни композитора, который, увы, продлился не долго. Буквально на следующий год после премьеры у Малера от болезни умирает его четырёхлетняя дочь. Сложно не увидеть в этом ответа судьбы, вероятно, за связь с миром духов, который он воплотил в своём шедевре. Шестая симфония – это пророческое произведение, предсказывающее как личную трагедию автора, так и катастрофы двадцатого столетия. Его рефлексия на эти события, пускай заочная, отлично воплощена во второй части симфонии. Это мощнейшее анданте, – как скорбь за будущее, которое, конечно, великий художник Малер предчувствовал. Если Чайковский, затронув потусторонние темы в своей Шестой, накликал собственную смерть, то Малер предсказывает гибель целой эпохи.
С другой стороны, именно в анданте Малер находит возможность рассказать о своем горе, которое существует в его сущности, в природе, а не в каком-то конкретном внешнем проявлении. Музыка Малера это не описание внешнего мира, а внутренняя задумчивость, которую мы испытываем, когда погружаемся в собственное подсознание.
Финал симфонии, кажется, должен усмирить конфликты, подвести темы к свету, но музыка так и не выходит из минора. Преобладающая идея Шестой симфонии в том, что Земля – это «долина слез». В поздних работах Малер закрепится в этих мыслях и отстранится от мира темой песни Ф. Рюккерта «Я умер для людской суеты». Например, в финале Девятой симфонии ощущалось некое разрушение и разорение, она заканчивалась «концом музыки». Шестая же накрывает слушателя тьмой, но тьма эта не фатальная, она будто предлагающая нам убежище. Здесь отсутствуют агонические мотивы, нет разрушения и окончания. Скорее после финального аккорда ты чувствуешь себя еще живее чем раньше…
Похожие материалы в канале:
1. Пророчество Густава Малера
2. Философия Густава Малера
3. «Титан» Густава Малера
Послушать произведение можно в нашем телеграм-канале – https://t.me/classmus