По благородным и очень понятным причинам мы стали ассоциировать зрелость и доброту со способностью не отказываться от людей. Наши герои и героини хранят верность к тем, кого они любят. Они не сбегают, когда неприятности падают им на голову. Они мирятся с трудностями и трениями. Бегство для них - это предательство.
Но эта широкая и великодушная черта характера может таить в себе опасность упустить важное предостережение: в некоторых случаях может оказаться очень полезной способность отказаться от одного или двух людей, не всегда и не бесконечно давать им очередной шанс исправиться, не обязательно прощать их еще раз и неустанно представлять себе лучшее будущее рядом с ними. Иногда нам может понадобиться отчаянно разочароваться в ком – то-как цена, которую мы должны заплатить за сохранение веры в себя.
Именно в жизни детей мы видим, что неспособность отказаться от кого-то принимает свои самые яркие и самые прискорбные формы. По своей природе и обстоятельствам дети не могут отказаться от тех, кому поручено заботиться о них, даже если последние разочаровывают или жестоки; дети представляют нам тревожные примеры поведения продолжать любой ценой жить с человеком, даже когда его любовь смешана с самыми темными и самыми нездоровыми элементами. Даже когда они сталкиваются с эмоциональным пренебрежением, холодностью, ненадежностью, подлостью, грубостью, нарушенными обещаниями, дети будут думать о следующем:
"Может быть, они изменятся"
Ребенок возлагает бесконечную веру на способность любимого человека развиваться в желаемом направлении. Несмотря на отсутствие внешних доказательств, ребенок представляет себе, что родитель приходит к важным осознаниям, переосмысливает свою позицию, видит свет. С помощью своего рода магического мышления ребенок цепляется за идею о том, что взрослый находится на пороге превращения в ту личность, в которой он так сильно нуждается.
"Может быть внешнее поведение и плохое, но внутри он хороший"
Хорошо известно, что внешнее поведение может быть ужасным. Там могут быть крики, каменные стены, откровенное зверство... Но ребенок придерживается мнения, что – там, где это имеет значение – взрослый хорош. Фундаментальная истина о них должна быть именно такой: на самом деле в душе они хорошие, добрые, любящие. Ребенок может быть мишенью самых злобных настроений взрослого, но он, несмотря на все это, всегда остаётся его самым преданным и горячим защитником.
"Может быть, проблема в том, что я плохой..."
Проживая свою трагичную судьбу, ребёнок включает самую интенсивную степень воображения. Да, вокруг есть зло, но это должно быть потому, что они, дети, в конечном счете так или иначе виноваты. Если бы только они могли быть другими, взрослый не был бы таким хитрым и плохим. У ребёнка нет даже в мыслях, что взрослый сам по себе может быть эгоистичным, посредственным, жестоким. Это просто невозможно. Лучше самому быть чудовищем или ничтожеством, чем оказаться в руках родителей, недостойных уважения.
"Никто и ничто другое не может быть лучше"
У детей нет выбора. Они не могут убежать, начать все сначала или сказать, что с них хватит. Мир ограничен для них. Их детство - это открытая тюрьма. Поэтому дети даже не представляют себя в других обстоятельствах. То, что есть, должно быть. Те, кому больше всего нужно бы жаловаться, даже не повышают голоса.
Пугающе, но каждая из этих позиций имеет свой взрослый эквивалент. В некоторых нереализованных отношениях мы можем обладать таким же мастерством, как и самый несчастный ребенок (вероятно, ребенок, которым мы когда-то были) в искусстве оправдания того, почему мы здесь, почему мы виноваты и почему они невиновны.
Особенно те, кто безжалостно умеет не сдаваться, должны усвоить урок быть менее лояльными. Нам нужно понять, что, как это ни удивительно, некоторые люди просто не меняются: их характеры были заблокированы из – за травмы, и нет никаких шансов, что они когда – либо-что бы они ни говорили и как бы сильно они ни обещали-проявят какую-либо эволюцию. Нам нужно понять, что удивительно, некоторые люди не совсем хороши, и проблема не обязательно кроется в нас. Нам нужно научиться винить и раздражаться на кого-то, кроме самих себя. Нам нужно сделать что-то очень странное: уйти. Это не признак трусости или слабости характера. Это признак того, что мы (наконец-то) научились любить себя и поэтому ставим свои потребности там, где они всегда должны были быть: в центре наших размышлений.