Николай Еремеевич Струйский наследник богатых имений и немалых капиталов женился в 23 года на молодой Александре Петровне Озёровой, которой на момент свадьбы было 17 лет. Чтобы навеки запечатлеть необыкновенную красоту юной жены, он повез её в Москву, к художнику Фёдору Степановичу Рокотову. Несмотря на молодой возраст, Струйский основательно подготовился к семейной жизни, мечтая о многочисленной семье. У себя в Рузаевке выстроил большой четырехэтажный дворец по проекту самого Растрелли - архитектора царского Зимнего дворца. Жене он сделал уникальный подарок: ни дорогие бриллианты, ни бесценные шубы, ни богатые наряды, а великолепный большой, светлый, под высоким куполом храм Пресвятой Троицы по проекту другого знаменитого архитектора - Баженова. Для неё духовное было важнее, чем богатства материальные. Ни одна женщина ни до, ни после не получила столь великий и возвышенный дар.
Портрет Александры Струйской блестящий образ идеально грациозной и прекрасной женщины: изящный овал лица, тонкие летящие брови, легкий румянец и задумчивый, отсутствующий взгляд. В глазах – душевная чистота и сильный характер. Муж посвящал своей супруге стихи, где называл её изумительным лирическим именем Сапфир.
Супруги прожили 24 года спокойной и достойной семейной жизни. Александра Петровна родила восемнадцать детей. Десять из них умерло в младенчестве, а четыре пары близнецов - семь сыновей и дочь благополучно выросли. Александра Петровна пережила мужа на 43 года, мудро правила семейным состоянием. Воспитала восьмерых детей. Вела большое хозяйство. Оставила детям внушительное наследство. Жила во дворце Растрелли. Молилась в храме Святой Троицы Баженова. Её красоту запечатлел Рокотов. Но и спустя 125 лет после кончины у неё появился восхищенный поклонник - известный поэт Николай Заболоцкий, посвятив стихотворение «К портрету Струйской».
Любите живопись, поэты!
Лишь ей, единственной, дано
Души изменчивой приметы
Переносить на полотно.
Ты помнишь, как из тьмы былого,
Едва закутана в атлас,
С портрета Рокотова снова
Смотрела Струйская на нас?
Ее глаза — как два тумана,
Полуулыбка, полуплач,
Ее глаза — как два обмана,
Покрытых мглою неудач.
Соединенье двух загадок,
Полувосторг, полуиспуг,
Безумной нежности припадок,
Предвосхищенье смертных мук.
Когда потемки наступают
И приближается гроза,
Со дна души моей мерцают
Ее прекрасные глаза.
1953 г.