С Борисом Андроникашвили Людмила Гурченко познакомилась в 1957 году. Ей было 22, ему – 21. Потом Гурченко неоднократно признавалась, что никогда в жизни больше ни к кому не испытывала столь сильных чувств.
Людмилу поразила и внешность Бориса, и его богатый внутренний мир. Андроникашвили был сложным, но весьма интересным человеком с неординарным мышлением. К тому же, он был выходцем из аристократической семьи. Отец Бориса – известный писатель Борис Пильняк. Он был арестован в 1937 году, а через год – расстрелян.
Мама Бориса Андроникашвили происходила из знатного грузинского рода. Когда мужа арестовали, она отправила сына в Тбилиси, к бабушке и та, опасаясь за будущее ребенка, усыновила мальчика и дала ему свою фамилию. Мама будущего актера не ошиблась в своем решении. Скоро и за ней приехал зловещий «черный воронок». В лагерях Кира Георгиевна провела 8 лет.
В 50-х годах родителей Бориса Андроникашвили реабилитировали, правда, отца – посмертно.
Людмиле Гурченко завидовали все подруги, ведь Андроникашвили очень красиво за ней ухаживал. Летом 1958 года пара узаконила свои отношения. А уже следующей весной Борис повез беременную Людмилу в Тбилиси, знакомиться с мамой. В Грузии актриса прожила два месяца, а потом уехала в родной Харьков, где и родила дочь Машу.
Казалось бы, живи, и радуйся – рядом любимый муж и лапочка-дочка, есть квартира в Москве, есть большие перспективы в карьере. Но увы…
Дочку Гурченко оставила у родителей в Харькове – надо было работать. Андроникашвили на поверку оказался никудышным мужем – он или пребывал в «творческом кризисе», или развлекался в компании друзей. Гурченко, понимая, что на супруга надежды нет, давала по 3-4 концерта в день. Ролей в кино тогда было мало.
А вскоре до Гурченко стали доходить слухи о многочисленных романах темпераментного грузина. Однако все обвинения в неверности Андроникашвили упорно отрицал. Но Гурченко и без этого прекрасно знала, что он ее обманывает. Она своими глазами видела, как неверный супруг целовался на улице с какой-то красоткой.
Гурченко держалась, пока была жива ее свекровь, Кира Георгиевна. Актриса ее очень любила, уважала и не хотела расстраивать.
Киры Георгиевны не стало зимой 1960 года, и через три месяца после ее похорон Гурченко подала на развод. Больше ее ничего не удерживало.
Борис умолял супругу о прощении, но она была неумолима. Ее самая большая любовь в жизни была безжалостно растоптана.
По воспоминаниям дочери Гурченко, актриса была так раздавлена и обижена, что даже не стала подавать на алименты. Видеться с дочкой актриса бывшему мужу разрешала, однако, потом настолько уничижительно комментировала эти встречи, что Борис сам от них постепенно отказался.
Когда Маша пошла в школу, актриса сменила ей фамилию, дав свою. Последний раз Андроникашвили звонил дочке, когда той было 13 лет. Он хотел взять ее с собой в Тбилиси, на открытие музея Бориса Пильняка. Гурченко этого сделать не позволила.