Несколько раз рассказывал про развитие психики в норме и патологии, а так же про развитие речи в онтогенезе. Слушателями были родители детей, с которыми занимаюсь, и интересующиеся моей профессией друзья. Сегодня же решил поделиться со всеми. Статья получилась длинная, поэтому для читабельности будет разбита на две части. Первую часть опубликую сегодня, в первый мой день на Яндекс Дзене.
В наше время большинство специалистов в области педагогики и психологии сходятся во мнении о том, что главный сензитивный период развития речи у ребёнка – до 3 лет. И если до 3 лет ребёнок не освоил речь на уровне, близком к большинству его сверстников, нагнать упущенное бывает очень трудно. И потом мучаются дефектологи и логопеды, родители и бабушки, заставляя ребёныша произносить ненавистные слова и соединять их в предложения. Почему так происходит? Почему развитие речи в период после 3 лет всё больше напоминает изучение иностранного языка – через зубрёжку, постоянные тренировки и обязательно богатую языковую среду?
Окунёмся в эти вопросы с головой!
В современных реалиях рождение «нормального» ребёнка скорее чудо, чем обыденность.
Итак, поговорим про условную норму. Допустим, внутриутробное развитие проходило отлично – Мама и Папа были преданные ЗОЖники, не болели со школы и не знали, что такое стресс, жили в лесах Сибири и питались экологически чистыми продуктами. Роды прошли максимально успешно, без обвитий, надавливаний, асфиксий, щипцов и прочих радостей. Ребёнок пришёл в этот мир абсолютно «нормальным» (что в современных реалиях скорее чудо, чем обыденность). Коммуникация (для которой и появилась сложная языковая система) ребёнка и матери начинается ещё в утробе, и развивается новыми методами после рождения. Через тактильный контакт во время кормления и укачивания, через первые крики и попытки фокусировать взор, ребёнок постоянно говорит матери: «Вот он я, корми меня, люби меня, вытирай меня, давай мне комфорт». Всего лишь две основные эмоции: приятно (сухо, приятно, сыто, тепло) и неприятно (мокро, болит, голодно, холодно). Соответственно, два способа показать эмоцию – улыбка или плач.
Чуть позже ребёнок понимает, что этот человек с колючим лицом и более резким запахом, постоянно тусующийся возле матери, тоже может приносить пользу – подстраховать мать, когда она ушла, щекотать и подкидывать, пока она не видит, подержать бутылку или поменять пеленки, пока она спит. Но с ним не так-то просто наладить контакт. Он даже грудь не даёт. Приходится чуть иначе показывать удовольствие и дискомфорт. На ребёнка и его онтогенез начинает оказывать влияние ближайшее социальное окружение.
Психика нашего «нормативного» ребёнка – это жёсткий наркоман, чьим основным наркотиком являются новые впечатления, эмоции, приятные раздражители.
Раннее психическое развитие тесно связано с физическим. Каждый новый этап, виток, достижение в физическом развитии обуславливает «рывок» в развитии психики, как способа отражения мира и взаимодействия с ним. Ребёнок лежал и его мир был совсем мал. Поднял голову – научился чуть дальше видеть. Научился переворачиваться – доступный изучению мир увеличился до объема кроватки. Научился сидеть – рассмотрел родительскую однушку. Начал ползать – тебе подвластно практически всё. Научился ходить – теперь точно всё, держитесь, предки.
Психика нашего «нормативного» ребёнка – это жёсткий наркоман, чьим основным наркотиком являются новые впечатления, эмоции, приятные раздражители. Он постоянно требует увеличения «дозы», больше всего, более интересное, захватывающее. Уже недостаточно просто поесть и ощущать сухость в пеленках. Хочется больше. Хочется, чтоб подкидывали. Чтоб тискали. Чтоб дольше держали на руках. Чтоб ходили и качали, чтоб развлекали песней и игрушкой. Сиюминутные желания становятся все более специфичными, конкретными, и для отображения их уже недостаточно лишь улыбки и плача. Приходится придумывать что-то новое.
С момента сидения ребёнок понимает, что эти два человека рядом – не просто кормильцы и игрушки-карусельки-подавайки. Они тоже что-то там делают, как-то занимают своё время помимо ребёнка. «Но ведь я король!» – возмущается малыш и ищет новые способы привлечения внимания. Вот вроде чуть иначе хохотнул – все смотрят на меня. Из бессвязного ранее гуления выдавил первый слог – опять все вокруг меня бегают и хвалят. «Это работает!» – понимает ребёнок и продолжает совершенствовать свой словарь звуков.
Тут оказывается, что некоторые предметы, действия и даже сами двое взрослых сопряжены с определенными звуками. Тщательно всё «обдумав» и испробовав, ребёнок догадывается, что эта связь постоянна. Так возникают первые «псевдослова», тесно сцепленные с определенными знакомыми предметами и явлениями. «Ма», «Тятя», «Ба», «Ам» и так далее.
Ребёнок понимает, что родительская «тусовка» обладает большим количеством слов, они гораздо сложнее.
Но и этого мозгу недостаточно. Он требует больше. Он понимает, что родительская «тусовка» обладает большим количеством слов, они гораздо сложнее. И ребёнок-король должен отвоевать их внимание и вклинится в этот «движ», дабы постоянно получать новые эмоции, ощущения, впечатления. Речь развивается по накатанной, как бы сама собой, рвётся вперёд, подбадриваемая дикой мотивацией, она определяет развитие ребёнка с полутора-двух лет, приводит к словосочетаниям, предложениям, возможности описать произошедшее, свои эмоции, выразить мысли, ведёт семимильными шагами к словесно-логическому мышлению и сложной сюжетно-ролевой игре – ведущей деятельности дошкольного возраста.