Арбат стал совсем плохим. Мне он никогда не нравился, с его ярмарочными художниками, рисующими Жерара Депардье, потому что он – толстый. И Вахтанга Кикабидзе – потому что "смешно" получаются на рисунке его зубы. С его артистами, игравшими музыку не совпадающую (за редким исключением) с моей внутренней мелодией. С продавцами старых книг, возле которых всегда интересно было задержаться и найти, например, книжку Кира Булычева «Сто лет тому вперед» из детства. Найти, но не покупать: все равно, того мальчика, которого обладание этой книгой привело бы в восторг, больше не существует.
Теперь, когда их всех: и музыкантов и художников и букинистов разогнали – стало совсем тоскливо. Основное население Арбата сейчас – зазывалы. Ростовые фигуры, а именно Губка Боб, Маша и Медведь, Барт Симпсон, Человек-Паук, Человек-Блин, Чингиз-хан в расписной одежде с саблей, Узбек в тюбетейке и плюшевом халате, водолаз, подержанная Снежная Королева, и десятки других персонажей, все они с флайерами и рупорами зазывают тебя посетить магазины золота, чебуречные, и Музей Пыток, например.
И вот идешь ты от ресторана «Прага», скажем, к кабинету Лаврова в здании МИДа, идешь сквозь строй этих что-то галдящих и бубнящих существ… (но обращающихся именно тебе, потому что на Арбате почти больше никого и нет)… будто путешествуешь по тропинкам в картине Босха.
Вот рыба с человеческими ногами тащит тебя за рукав посмотреть акул. Вот Лосяш из «Смешариков» вместе Жар-Курицей сняли свои поролоновые головы (на месте которых оказались неулыбающиеся лица таджикских пареньков) и курят одну сигарету на двоих у закрытого трамвая с бардами.
Стена Цоя выглядит хуже, чем Берлинская в «лучшие» свои времена. Возле нее – зябко, одиноко и тревожно.
Сутулый и бронзовый Булат Окуджава, кажется, прикрыл глаза. Арбат, который он называл своим «призванием», своей «религией» превратился в чистилище. Вот только, по идее, оно должно вести из ада в рай. Но с какой стороны Арбата находится рай?