В последние годы жизни Василий Перов обратился к религиозным сюжетам.
И картина "Первые христиане в Киеве" – самая загадочная из последних работ художника. Неземная и странно волнующая...
Не секрет, что первым христианам на Руси приходилось несладко. Они вынуждены были скрываться и вели свои богослужения в местах тайных, скрытых и, как правило, под покровом темноты...
Перед нами – именно такое тайное богослужение. В скальной нише, увитой плющом, горит крохотная лампадка: она озаряет раскрытую книгу и лица молящихся людей.
Каждый человек озарен по-разному, свет произвольно выхватывает из тьмы то нос и седую бороду древнего старика, то горб калеки-нищего, то руку поющего гимн священника, то затылок преклонившего колена человека…
Примечательна группа людей, стоящая по правую сторону от горящей лампады.
Юноша, расположившийся в середине, освещен полностью; его лицо сосредоточено и духовно раскрыто. Стоящая слева девушка откинула голову назад, и мы видим лишь её руку да полураскрытые губы – она самозабвенно отдаётся пению, в то время как глаза ее, полускрытые тенью, устремлены во тьму небес. Что, интересно, она видит там?.. Юноши, расположившегося справа, свет почти не коснулся; из темноты выступает лишь верхняя часть его лица с широко раскрытыми глазами...Такое чувство, словно он впервые увидел божественный свет, впервые приобщился священных тайн. Возможно, он лишь недавно начал приходить сюда, в это затерянное в глуши святилище…
Сильнее всех освещен человек, стоящий в центре картины. Перов одел его в яркие, красные одежды.
Человек этот находится в молитвенном экстазе: он поднял глаза к небу, сложил руки на груди; скорее всего, он не видит никого, кроме Господа, и не слышит ничего, кроме пения ангелов.
Позади группы молящихся художник поместил ещё одного человека. По виду это воин; он одет в блестящую кольчугу, а через грудь его перекинута перевязь для меча.
На лице его застали удивление и восхищение; видимо, подобное старому вояке видеть ещё не доводилось... Он не знает, стоит ли подходить ближе, уместно ли будет его вторжение, однако общая благодать места уже коснулась его.
Картина глубоко символична. Сумрак в ней олицетворяет человеческое неверие, из которого каждый выходит в разной степени и в своё время. Свет же здесь – это обретенное просветление, гармония, счастье... То, ради чего мы и обращаемся к религии.
Однако больше всего мне нравится в картине не ее духовная составляющая, а фон: тихая украинская ночь, яркие звезды, пирамидальные тополя, которые, словно безмолвные стражи, охраняют верующих... И световые пятна, блики, волны. Все, как на картинах Караваджо, только в применении к нашей, русской действительности.
Поставьте 👍, если статья показалась Вам интересной.
Если же Вам понравились заметки, добро пожаловать на мой канал:)
Читайте также: