– Так какой ты сам – красный или белый?
– Я? То есть как?
– Когда ты на красную луковицу смотришь, ты красным становишься?
– Нет.
– А когда на белую, становишься белым?
– Нет, – сказал я, – не становлюсь.
– Идем дальше, – сказал Чапаев. – Бывают карты местности. А этот стол – упрощенная карта сознания. Вот красные. А вот белые. Но разве оттого, что мы сознаем красных и белых, мы приобретаем цвета? И что это в нас, что может приобрести их?"
Чапаев и Пустота (Виктор Пелевин)
В данном абзаце Виктор Олегович очень наглядно описывает разницу между обыденным сознанием и сознанием йогически трансформированным буддийской практикой, то есть видоизмененным радикальной сменой позиции наблюдателя. В рамках дефолтных установок сознание создает (конструирует) картину мира и помещает субъекта в ее центр. Условно говоря, эту позицию можно назвать "субъект первого порядка". Он воспринимает происходящее изнутри, то есть становится тем, что с ним происходит. Другими словами, смотря на луковицу, приобретает ее цвета.
"Субъект второго порядка" воспринимает происходящее как некоторое психическое состояние. Его позиция при этом децентрализована, то есть он не находится внутри картины мира, но наблюдает за ее развертыванием и динамикой. Он смотри на происходящее как будто бы из другого сознания, которое появляется эмерджентно, то есть в тот момент, пока длится это медитативное усилие. Тогда картина реальности, которая раньше была вокруг и везде, сужается и становится одним из объектов йогически трансформированного сознания. Как если посмотреть на некоторый предмет с другого конца телескопа. Другими словами, становится понятно, что всё, что происходит, это еще не всё.
Делать шаг от субъекта первого порядка к субъекту второго порядка очень страшно. Субъектность первого порядка "случается" автоматически и без всяческих усилий. Субъектность второго порядка приходится держать усилием воли. Субъект первого порядка определяет себя через то, в чем он участвует. Субъекту второго порядка приходится выбрасывать себя в пустоту, в безвоздушное пространство, в котором отсутствует гравитационные силы. Ему не к чему притягиваться, поскольку он сам является центром тяготения. Довольно таки одинокая позиция, с точки зрения субъекта первого порядка.
Декартовский субъект был похож на самодостаточную машину, создающую саму себя с помощью cogito. Субъект Хайдеггера потерял свою автономию и оказался вписанным в мир и, тем самым, во многом этим миром определенным. Субъект постмодерна окончательно утратил свою отдельность и превратился в некоторую потенциальность, которая разворачивается только с помощью Другого. Эти позиции подчеркивают неизбежность вовлеченности субъекта в тот опыт, над которым он не имеет власти - субъект западной мысли беспомощен перед тем, что его определяет.
Оптика модернизма рассматривала субъекта как ясное, целостное и имеющее над собой власть творческое начало. Субъект постмодерна постепенно превратился в отчужденную от себя илллюзию, сконструированную невидимыми процессами на другой сцене. Рациональный фундамент субъектности сменился иррациональным и пугающим потоком. Целостный субъект превратился в субъекта расщепленного в оптике психоанализа.
Таким образом, можно сформулировать следующий тезис - благодаря субъектности второго порядка можно "вернуть себе" утраченную прозрачность того, что наполняет психическое пространство самости. Другими словами, сделать шаг от цвета луковицы, которая является отчужденным конструктом, к тому, кто (или что) может на нее смотреть, не меняя своей природы.
#психотерапияибуддизм #meditationmachtfrei #августовскиетезисы