Я чувствую как опять, как и каждой осенью, граждане решат, что квартиры и деньги в Москве закончатся 1 января, с боем курантов, и надо обязательно успеть купить и продать.
Полетели, как ласточки, авансы - предвестники сделок.
Граждане в резиновых сапогах и широкополых шляпах, вооружаются тросточками, и раздвигая желтые обои, нащупывают грибок на стенах.
Чу! Кто-то зелёный заквакал на авансе. Может быть жаба? А нет, жаба в стороне. То риэлтор с плохим цветом лица неумолимо выторговывает неважное - поставить запятую.
Жаба же тихонечко душит продавца и он малодушно привирает что не обещал оставить в квартире холодильник.
Как гроздья алой рябины, брызги свежей крови сверкают на ступеньках падика в Бирюлёво. Совсем недавно здесь кого-то били. Не бойся, мой агент, развозящий трешку на две двушки. Драки и дебоши к такой двушке прилагаются и даже, кажется, вписаны в платежную квитанцию.
Оранжевый, как осенние листья, четырехметровый потолок кухни в коммунальной квартире, затянула низкая,