В моем детстве болгарский табак находился рядом постоянно, периодически меняясь с «Космосом», «Фильтром» и редкими «Столичными». Где-то в девяносто втором все это благополучие махнулось, само собой не глядя, на «Астру» и «Приму». Курил не я, курили отец и дед, причем дед всегда предпочитал без фильтра.
«Родопи», «Опал», «БТ», «Стюардесса» и что-то там еще, если память не изменяет. А, «Ту-134», что ли? Лень гуглить, все понимающие и так поняли, а объяснять остальным особо и не надо. Самое потешное тут одно: попробовать довелось только «Родопи» и один раз, совершенно не запомнив, чего в них было такого, от чего до сих пор плюются люди постарше.
Пачка «Родопи» и отцовский «Икарус» - два очень ярких воспоминания. Сигареты болгарские, автобус венгерский, водитель советский, область Куйбышевская, мороженое за сколько-то там копеек. Сигареты торчат из кармашка голубой рубашки с короткими рукавами, у отца водительский, лицо, шея и руки по локоть загар. Он, кстати, за рулем не курил, хотя дымил как паровоз. Я бывал во всех его рейсах, где каждый длился не меньше полутора-двух часов и помнил остановки, что делались для всех пассажиров. Две остановки, две скуренные сигареты поодаль женщин с детьми, дышащих воздухом и приходящих в себя, если укачало.
В аэропорту, в единственном тогда известном мне-ребенку месте, мороженое было не в стаканчиках и не в брикетах. Его накладывали в высокие вазочки, оно было совершенно другим на вкус, но ванилью пахло сильно, перебивая вездесущий запах болгарского, и не только, табака. В кафе курили все подряд и почему-то никто не заботился о некурящих. Даже сами некурящие.
Стабильность и спокойствие, пиво привозили по выходным, очередь выстраивалась заранее, мир вокруг пах табаком и никого не смущали пассивные курильщики, а статистика по онкологии была никому недоступна. Дед щурился из-за дымка примины в уголке рта, и у нас с ним было две банки для пива. Ветеранов, как ни странно, пропускали безо всяких, хотя пива хотелось всем. Наверное, поэтому именно дед и ходил за ним, пока отец что-то там делал в дедовском «запорожце». В «запорожце» всегда было что делать, отец сильнее всего косился на полик под водительским, ведь признавал торможение только тормозом, без всякого там сбрасывания газа. Иногда, говорили, что в первом ушастом, в полу образовывалась солидная такая вмятина.
На запах болгарского табака обычно приходил дед Андрей, сосед и поволжский немец. Чаще всего именно он угощал отца чем-то более табачно-вкусным, ему постоянно шли посылки от детей, работающих на Севере. Тогда «Родопи» обижались и прятались глубже в карман.
Последние из неизвестных мне болгарских табачных продуктов, овально-плоские и короткие «Арда», приехали в девяносто первом, вместе с дядькой, суетливо привозящим с Вартовска кучу всякого барахла, неожиданно начатого выдаваться тамошним нефтяникам сверх всяких норм. Вместе с ними, сигаретами не по талонам, дядька привез тот самый «Спам», колбасный фарш в плоской банке с ключом, о котором я снова узнал лишь взрослым и из Сети. Чуть раньше повсеместного вай-фая и чуть позже того, как первая спам-рассылка свалилась мне на почтовый ящик.
Болгарские сигареты и СССР остались в памяти как башни-близнецы и фильм про Конга с Джеффом Бриджесом, вроде как. Ну, с Джессикой Ленг уж точно. Я не фига не помню дизайн всех пачек Пэлл-Мэлла, хотя скурил его пару ящиков, но как выглядел «Опал» и как пахла сама открытая пачка «Родопи», помню до сих пор.