Однажды с нами работала девушка Лида. Очень умная девушка и симпатичная такая была. Работала она в нашей конторе очень недолго, всего месяца два. В итоге ушла - не сработалась с начальником отдела рекламы. Он был ее руководитель непосредственный, очень жадный тип, кстати. Все норовил на кадрах экономить. И каждый рекламщик у него был и жнец, и, как говорится, на дуде игрец.
Лида пришла к нам воодушевленная и полная инициатив по развитию продукта. Но начальник усадил ее мастерить технические описания продуктов на корпоративном сайте. Лида скучно копировала-копировала из интернета эти описания, а потом собралась и ушла.
И правильно сделала. Потом эти описания отдел продаж, плюясь и матерясь, копировал-копировал еще полгода (кстати, ошибок наделали массу. Потом клиенты требовали чайники с дистанционным управлением и подсветкой. А в нашем Кукуево в то время о таком никто и не догадывался).
Лида, несмотря на то, что была девушкой совсем неглупой и очень деятельной, постоянно встревала во всяческие истории. За два месяца мы многое узнали о жизни Лиды. И тихо ужасались при каждом ее рассказе.
Лиде отчего-то категорически не везло.
Если ей удаляли зуб, то непременно начиналось воспаление. И несчастная Лида, мучаясь от боли, носилась по врачам, то удаляя забытые врачом осколки в десне, то что-то там зашивая и снова распарывая. После беготни и боли, выяснялось, что вот у Лиды внезапно имеется девятый зуб, и именно он так гадко болит и именно его необходимо ликвидировать.
Если Лида вызывала сантехника на ремонт полотенцесушителя, то через пару дней (как только давали отопление), все шесть нижних этажей Лидиного дома были затоплены. Потому что криворукий сантехник что-там не затянул, что-то сорвалось под напором и все, конечно же, сломалось. И горячий кипяток портил мебель в ванной Лиды, топил соседей, вгонял Лидину семью в долги за коммуналку и попорченное имущество живущих ниже граждан.
Лида умудрилась попасть и в ряды “обманутых дольщиков”. На момент работы у нас она уже лет пять отдавала всю свою зарплату (и немного зарплаты мужа) банку, где брала ипотеку в лихую годину под сумасшедшие проценты. Строительство на улице Островского замерло напрочь. Секция дома, где планировала жить Лида с семьей, еще и не начали строить. Лида бесконечно ходила на митинги, подписывала петиции, но строительство накрылось ржавым тазом.
Да, у Лиды был муж и двое ребят-дошкольников. Вместе с мужем и детьми Лида проживала в двухкомнатной квартире свекрови. Эта квартира вмещала поистине “невпихуемое”.
Одну комнату занимала Лида с семьей. Во второй комнате жили свекровь со свекром и младшая сестра мужа с грудным ребенком. Каким образом строились отношения и был налажен быт этого семейства - остается за кадром.
По крайней мере, Лида не ныла, не жаловалась и страшных историй о мелких пакостях свекрови не рассказывала. Переехать на съемное жилье возможности у Лиды не было - ее деньги шли на погашение этой двадцатилетней ипотеки за мифическую квартиру, а муж ее зарабатывал мало и очень тяжким трудом.
Вместо толчеи на кухне в пять метров, Лида предпочитала бывать дома как можно меньше. Помимо того, что Лида была неплохим маркетологом, она еще и умела “делать ноготки”. Тогда “ноготки” только набирали обороты, мастеров было немного. И Лида вечерами разъезжала по своим клиентам - создавала красоту на руках. Но и тут не все так просто. Машины у Лиды не было. Темными зимними вечерами Лида тряслась с пересадками на общественном транспорте по отдаленным районам (она раньше жила в этих отдаленных районах. И вся клиентура была оттуда).
Лида знала массу полезной информации о том, где лучше брать кредит, где хороший логопед, как недорого сделать ремонт и какая краска для волос самая хорошая. Лида была экономной и дельной хозяйкой. Она умела накормить восемь человек на десять тысяч в месяц. И не ныть. Не жаловаться. За это мы очень уважали ее.