Эта история началась много лет назад. Одним холодным зимнем днём моя коллега, придя с обеденного перерыва к нам в отдел, принесла маленького котёнка. Он был очень симпатичный, стеснительный и милый. Котёнок постепенно отогрелся, покушал колбасы, которая нашлась в нашем холодильнике, и начал довольно урчать.
До конца рабочего дня он, как вымпел, переходил с одних рук на другие, путался в ногах и показывал, как ему у нас нравится. Мы решили оставить его у себя, сделав эдаким «сыном полка». Уходя домой, оставили ему ужин и почесали за ушком.
На следующий день работники нашего отдела пришли раньше обычного: каждый принёс найдёнышу что-то вкусненькое — котлетку, супчик, кусочек сыра. Котёнок вёл себя на удивление хорошо и ничто не показывало, что он найдёныш. Казалось, что он живёт в этом кабинете всю свою маленькую жизнь. Он быстро понял, что в туалет надо выйти на улицу, поэтому и с этим проблем не было. Так прошло несколько дней.
Однажды я поняла, что привязалась к этому котёнку и хочу забрать его домой. Так я и сделала. После работы посадила его под пальто, чтобы он не замёрз, и повезла домой. И здесь, несмотря на то, что всё малышу было незнакомо — чужие ароматы, шум автобуса и проезжающих машин, он вёл себя очень мужественно, иногда высовывая носик между пуговичками пальто.
Когда мы приехали домой, я немного переживала, как примут новенького мои домашние животные. Но и тут мне повезло — малыш был тщательно обнюхан и облизан. Я поняла, что он принят в семью.
У Шурика — так я назвала найдёныша — появилась своя тарелочка для еды и своя подушка, на которой он мог спать. Но чаще всего он приходил ко мне — наверное, чувствовал, что теперь у нас с ним особенная связь. Так и получилось. Каким-то непостижимым образом я понимала, когда он голоден или у него что-то болит, когда он скучает или когда хочет чего-нибудь вкусненькое.
Время шло, котёнок вырос, став полноправным членом нашей семьи. С остальными животными отношения у него сложились неплохие — они могли все вместе побегать, повеселиться, поиграть с мячиками. Даже их тарелки стояли рядом. А когда пушистики уставали, они и спать ложились рядышком, согревая и оберегая друг друга.
Когда, спустя время, у меня родился ребёнок, то, несмотря на грозные предупреждения соседей и знакомых — типа — малыш в доме, коты могут поцарапать или искусать — ничего такого не сбылось. Все пушистики приняли ребёнка как своего. Теперь они время от времени ложились спать около него — как бы оберегая сон и защищая (хотя, конечно же, защищать было не от кого). Они искренне считали, что мой ребёнок — это их малыш. И когда однажды Шурик принёс ему кусочек своей сардельки, я поняла, что беспокоиться не о чем.
А время всё шло. И Шурик стал уже не только взрослым и умудрённым жизненным опытом животным. Он состарился. Теперь он хуже кушал, плохо видел и быстро уставал. Всё чаще он проводил время на диване — отдыхая и задрёмывая. Но он настолько полюбил уже подросшего ребёнка, что соглашался с ним поиграть, догоняя, как и в молодости, мячики, и стараясь поймать бумажную бабочку.
Мы старались сильно его не напрягать, вкусно кормить, чаще гладить и вообще — проводить с ним больше времени. Мне всегда казалось, что он понимает нашу заботу и, облизывая наши щёчки и пальчики, как бы благодаря, как умеет.
К сожалению, Шурик становился всё слабее и слабее. Я пыталась его лечить — давала лекарства, делала уколы. В какой-то момент показалось, что всё ещё можно исправить и ещё пару лет он побегает. Но...
К сожалению, чуда не произошло. Однажды у моего пушистого мальчика остановилось сердце...
Я прекрасно понимала, что какой-то день станет для него последним, но всё равно до последнего надеялась — а вдруг. Но наш Шурик прожил хорошую и долгую жизнь — почти 18 лет. Для котиков это весьма преклонный возраст.
Без него домой приходить было очень сложно. Всё напоминало о нашем старичке. На кухне осталась его тарелочка, в спальне — его уголок, где он любил спать, а эти игрушки были для него самыми-самыми. Теперь никто не встречал нас, когда мы переступали порог дома и никто не мяукал радостно, видя нас.
Прошло время и мы с ребёнком приняли важное решение: взять нового пушистика. Говорили мы об этом не один раз, но поняли, что малыш нам просто необходим. И мы начали искать. Нам повезло — ребёнок выбрал котёнка, который ему очень понравился. Здесь я всё отдала в руки своего ребёнка: кого выберет, того и возьмём.
Теперь у нас подрастает новый малыш. Конечно, нашего Шурика заменить не может никто, но этот симпатичный и очень весёлый. И всё же, пересматривая иногда фотографии Шурика, мы роняем слёзы, надеясь, что там, за радугой, ему хорошо, и он вспоминает о нас.
А новый котёнок растёт, радуя нас своими достижениями.