«Самое очаровательное занятие для женщины. Кинуть объёмный мягкий баул на пол. Беззаботно улыбнуться жизни. Вскрыть рывком змейку. И начать любовно развешивать, привезённые шмоточки, в старинном рустикальном гардеробе.
Брать пальчиками лёгкие, беспечно вычурные — оборки, воланы, вырезы на спинке, по коленку, до полу, с пуговичками, в кружевах — сарафаны и платья. И бережно вывешивать на плечики своё прекрасное будущее. Которое и не будущее вовсе — а настоящее.
Не торопиться. А представлять — «в этом я пойду в ближайшую деревеньку, в тратторию, а потом за фруктами-овощами на рынок; а в этом стану встречать редких гостей; а эти — для жаркой осени, подставлять плечи под не палящее уже солнце; а вот это…» И так, снова и снова. «А с платочком; а в шляпе, с алой лентой; а такие сандалии…»
Выпархивать из спальни и тараторить каблучками по лестнице, к выходу из дома. Замирать в восхищении на крылечке. Кричать — громко, на всю округу. Потому что, округа — собственная, с птахами, сверчками и кузнечиками. Своего счастья! С ближней куртуазной — то ли сажали выверено, то ли природа окультурилась — рощицей. Волнистым — непривычного пока рельефа с икебанами цветущих трав — полем. С подъездной аллеей, обсаженной — как и положено в классике тосканского пейзажа — кипарисами. Кричать от восторга! И по делу: «Милый. Откликнись, синьор. Я никак не найду моё любимое синее платье. Ну помнишь, на крайний праздник надевала? Оно — счастливое. Ведь праздник удался. Правда?..»
И слушать своё эхо. Приносящее ответ на все вопросы.
Счастливая женщина — та, у которой всё сбылось!..»