АЛЕКСЕЙ ЗИМИН — О КИШЕ ЛОРЕН У французской кухни сложные отношения с географическими наименованиями. Взять, например, голландский или испанский соус: один на базе яичных желтков, уваренного вина и топленого сливочного масла, а другой — на базе помидорного демигляса. Так вот, ни в голландской, ни в испанской кухне нет совершенно никаких точных свидетельств, что эти соусы имеют хоть какое-то отношение к Мадриду или Амстердаму. И так у них почти со всеми употреблениями слов «турецкий», «русский», «английский» и так далее. Путаница вполне объяснимая — дело в том, что основной пласт французской кухни формировался с конца XVIII вплоть до первой половины XX века. Поварами тогда работали не Лейбницы и не Меркаторы, отсюда и несколько фантастическое представление о геополитическом и геогастрономическом устройстве мира. Иногда, впрочем, попадаются и вполне реальные топонимы. Скажем, киш лорен — лотарингский открытый пирог с формой из песочного теста, куда кладется слегка обжаренная ветчина и