Всегда удивляли туристы в поисках «мест силы». Ищут дяди и тети батарейки – зарядиться, исцелиться. Просят чуда у духов, хозяев, или - кто там заправляет - повязывая ленты на перевалах и у родников.
Апологеты всей этой мистики уверяют, что мать-природа заряжает потребителя энергии чем-то непонятным через что-то неочевидное.
Вот и манят места дикие и красивые, легендарные. Места тектонических разломов. Места древних таинств. Места со знаками и значками. Или чем-то выделяющиеся в однообразной природе.
Какие места потребители силы считают ценными – красивые виды, горы, большие деревья и бурные горные реки, их устья. Там, где можно встретиться со стихией? Чего можно испугаться? Где можно себя отметить?
Попытаемся разобраться, что не так.
1. Не сила ли это убеждения самого себя? Если войдя в какую то долину, или поднявшись на гору, испив из родника, путешественник думает, что исцелится. Приобретет надежду. Что это - оборотная сторона отсутствия веры в себя? Перекладывание усилий на кого то. Как в храме со свечками?
2. В особо тяжелом случае в голове потребителя случается персональная шамбала (для «избранного» стихиями), в менее тяжелом случае – случается у него персональный рай на земле. Как в астрономии. Дядя-тетя – центр вселенной. И звезды должны плясать вокруг. Этими детскими болями им придется переболеть. Где же сила тут?
3. Что дает потребителю силы посещение знаковых мест? Желание творить, делать что то полезное, искать гармонию с миром (для себя, людей?). Потому что вне мест силы никаких желаний уже не возникает? Так ведь жизнь можно есть маленькими ложками. Тогда и желания не кончатся. И хватит сил.
4. Ценность места силы потребители видят в ясности мысли через красоту? И это никоим образом не говорит о том, что отсутствие ясности мысли – обычное состояние такого потребителя? А красоту можно найти только где то далеко? А чтобы добраться далеко – нужны деньги. Купить дорогу.
5. Засада для потребителей мест силы заключается в том, что места таковые, вроде как - индивидуальны, и их надо искать всю жизнь. Тут мы не проводим параллели с мечтою наших либералов, чтобы население всю жизнь болталось по миру в поисках незнамо чего, забывая попутно корни. И покупало у них еще больше топлива и вещей, развивало всякие ненужные отрасли и рынки.
Вывод. Так вот ты какой, туризм то. Основанный на мистике. А что - можно и так – ресурс то остается целым.
Теперь история.
Не веря ни в какую чушь, с детства, зачем то, нет-нет, да и поднимался на вершины окрестных гор.
Затем уже, обустроив участок под горой с говорящим названием, переводящимся на русский, примерно как «нет дороги», потянуло меня на эту гору. Посмотреть окрест, запомнить долины, контуры вершин – мало ли.
Выбрал ясную погоду, быстро добежал до подошвы, побежал к вершине, как кончилась тундра и начался голец, на гору села туча. Стало мутно и мокро. Поскольку спуск был не вовсе ровный, пришлось спуститься.
Вторую попытку предпринял еще через пару лет. То же самое. Но муть была жиже. Поднялся. На вершине, в сплошном тумане, будто был разрушенный город. Ровные высокие стены, выложенные из камня. Ровные улицы. Перекрестки. Мистика была в безлюдье.
Затея оказалась пустой, потому что окрестных долин и вершин не увидал. Зачем шел - не понял. Спустился.
Позже в бинокль кого-то из клиентов, с соседней горки пытался рассмотреть эти останцы. Не увидел. Вершина была гладкою. Скорее, останцы были на противоположном склоне. Что подумалось – кто в здравом уме без дела станет на гору то лазать? Силы то - не нашлось – утомился только и вымок.
Сейчас думаю, не в горной мистике сила. Место силы там, где вкусна и чиста вода, да природа, если не первозданна, то сделана твоими усилиями таковой – правильной да чистой.