У вас высокий уровень эмпатии? Вы способны чувствовать настроение и состояние другого человека? Вам трудно смотреть на жестокие сцены в фильмах, хочется закрыть глаза и пропустить кровавое или очень печальное зрелище? Вам трудно долго находиться в большом скоплении людей, потом вы чувствуете слабость и утомление, как после тяжелой работы? После разговора с депрессивным человеком у вас понижается настроение? Вы склонны зевать, когда кто-то зевает? Ну вот, вы эмпат. А у эмпатов к обычному стрессу прибавляется еще эмпатический. Стресс другого человека.
Вы начали избегать того, кто жалуется? У кого тридцать три несчастья, кто вечно расстроен, раздражён, кто постоянно нуждается в сочувствии? Не корите себя. Никто не может постоянно испытывать эмпатический стресс. Он точно такой же разрушительный и опасный, как реальный стресс, лично наш. И к своим собственным стрессам мы добавляем чужой, эмпатический. И в нашем организме вырабатывается кортизол - «гормон смерти», приближая нас к инфаркту или к другим опасным болезням. И чем больше мы сопереживаем, тем быстрее разрушается наше здоровье. Выработку смертельного гормона можно остановить.
Два способа есть: немедленные и решительные действия для прекращения чужих страданий. Операцию сделать, гипс наложить, накормить, эвакуировать… Но обычно это невозможно. Не та ситуация. Или получение компенсации. Деньги. Именно поэтому психотерапевты и психологи не вымерли поголовно, хотя находятся в постоянном эмпатическом стрессе - они получают компенсацию. А компенсация - это дофамин, гормон жизни и счастья. Других способов нет. Только провести невидимую черту между собой и вечным страдальцем. Перестать сочувствовать.
Но для эмпатов это невозможно, поэтому они и отстраняются. Они тоже жить хотят. И обвинять себя не надо - жалобщик прекрасно понимает, что делает. Крадет у вас дофамин и отдаёт свой кортизол. Лечится за ваш счёт. И поэтому так злится, когда ему дают реальные советы переменить жизнь или требуют платы. Он всего лишь ждёт сочувствия! Мы сочувствуем. Но и у нас есть чувства. Мы тоже живые. И иногда важнее избежать болезни и гибели, чем в три часа ночи слушать в сотый раз плаксивые и смертоносные жалобы и описания несчастий. Человек может дать лекарство. Но сам лекарством служить не должен. И незачем себя корить. И сдирать с себя кожу, чтобы потеплее укутать жалобщика…
Анна Кирьянова