«Последняя жертва» (1975). Режиссер - Петр Тодоровский. По мотивам пьесы А.Н. Островского
На мой взгляд - это один из шедевров советского кинематографа! Подбор актеров, музыка Исаака Шварца, живописный ряд фильма - все соответствует пьесе и духу времени. Невозможно забыть неимоверно трогательную Юлию Павловну Маргариты Володиной - стареющую, любящую, жертвенную, обманутую.
Володина не так много снималась и прославилась ролью комиссарши в фильме "Оптимистическая трагедия". Но тем, кто не видел, советую посмотреть замечательный фильм о любви, где всего два героя и два актера (Маргарита Володина и Михаил Ножкин) - "Каждый вечер в одиннадцать". И вы узнаете, как же мы справлялись в эпоху отсутствия мобильных телефонов!
Вадима Дульчина играет Олег Стриженов - это именно ради него идет на последнюю жертву Юлия Павловна: унижается, предлагает себя, умоляет, приказывает, целует - все, чтобы раздобыть денег для возлюбленного, который просто "жжёт деньги", проигрывая их в карты.
Ну и, наконец, третий главный герой - Флор Федулыч в исполнении Михаила Глузского: ох, хорош! Настолько хорош, что будь я на месте главной героини, не задумываясь променяла бы потасканного и завравшегося Дульчина на пусть не молоденького, но умного, тонкого, образованного и богатого купца, да еще если у него такие глаза, как у Глузского!
Остальные персонажи тоже хороши: племянник Лавр Мироныч (Леонид Куравлев), эдакий российский Монте-Кристо, но без его миллионов, и романтическая дочь Лавра Мироныча - "Ирэнь" - Ольга Науменко.
Дивная сцена между ней и Стриженовым, когда Дульчин обнаруживает Ирину Лавровну в своей холостяцкой постели: "Счастливец, вы хотели африканской страсти? Вы ее получите!" Но вдруг выясняется, что необходимым компонентом африканской страсти являются деньги, которых нет у Дульчина, и тому остается только одно - "венгерские танцы по кабакам танцевать". Денег нет и у Ирины - дядя Флор не даст ни копейки для такого жениха. "Да как же вы смели требовать африканской страсти, коли у вас ни гроша за душой!" - возмущается лихорадочно одевающаяся "Ирэнь", а Дульчин меланхолично замечает: "Ну, положим, всякий может желать африканской страсти..."
А эпизод, когда Ирина целует Флора Федулыча в благодарность за какой-то подарок, а тот, посмаковов, замечает: "Не-ет, не то. Не то! ТОТ поцелуй - дорогого стоит!" ТОТ - что подарила ему Юлия Павловна.
И про музыку: Исаак Шварц создал удивительно нежный звуковой образ фильма, особенно мне нравится песенка, идущая в начале:
Не растет трава зимою...
Поливай - не поливай...
Не приедет он обратно...
Вспоминай - не вспоминай...
Не ручаюсь за точность слов - но смысл таков. Эта песенка сразу задает пронзительно грустную ноту. И еще - романс "В нашем старом саду...":
Надо обязательно сказать о необыкновенной точности интерьеров, костюмов и московских пейзажей: дом Юлии Павловны снимали на улочке около Ильи Обыденного, рядом с метро Парк Культуры.
И в качестве бонуса - портрет Д. В. Зеркаловой в роли Юлии Тугиной из пьесы А. Н. Островского «Последняя жертва». 1940. Художник А.В. Фонвизин
Для тех, кому интересна судьба Маргариты Володиной, даю ссылку на интервью с ней (2013): https://sobesednik.ru/skandaly/20130418-margarita-volodina-strane-kotoruyu-ya-proslavlyala-na-ves-mir-ya-okazalas-nenuzhno
" В 60-х годах Маргарита Володина была звездой советского кино. Прохожих не оставалось на улицах, когда показывали фильмы с ее участием: «Огненные версты», «Арена», «Три сестры». Картина «Оптимистическая трагедия» произвела на Каннском фестивале фурор. Сам Шарль Азнавур целовал ей руки. Тогда она не могла и предположить, что через 30 лет вернется в Париж, но уже не звездой, а обычной эмигранткой, коих тысячи..."