Когда заканчиваются романы Дж.О., остаётся утешаться её письмами. Когда-то я написала её биографию, переведя значительную часть писем, но книга так и не вышла. Однако почему бы не поделиться хотя бы отрывками из писем? Тем более, что они звучат, как отрывки из романов! В основном они адресованы сестре Кассандре, и сегодня я выбрала письма 1798-99 гг.
"С тех пор, как я вернулась домой, я сшила себе два-три чепца, чтобы надевать их вечерами, и это спасает меня от пытки укладывания причёсок – сейчас волосы мне нужно разве что мыть и расчёсывать, поскольку длинные пряди заплетены в косы и всегда укрыты от посторонних взоров, а короткие неплохо вьются сами по себе, так что нет нужды накручивать их на папильотки".
"Лиззи Бонд только что поступила в подмастерья в обученье к мисс Смолл, так что можем надеяться, что через несколько лет она уже начнёт портить платья".
"В четверг Чарльз Паулетт давал танцевальный вечер, что очень обеспокоило всех его соседей – как тебе известно, они весьма интересуются состоянием его финансов, и живут надеждой, что он скоро разорится".
"Похоже, из Мэнидауна к тебе наведываются нечасто. Я уже давно хотела поссориться с ними, и, думаю, настало время воспользоваться этой возможностью. Никто не будет отрицать, что это люди с причудами – ведь им нравится часто бывать в компании своих старших сестёр".
"Я взяла на себя смелость несколько дней назад обратиться к твоему чёрному бархатному капору с просьбой одолжить мне свою заднюю часть, и он немедленно согласился".
"Элиза подарила мне шляпку – она не просто прелестна, в ней есть определённый стиль! Она очень похожа на ту, что у самой Элизы, только она не целиком из соломки, а половина сделана из узких пурпурных лент. Льщу себе надеждой, что ты мало что поняла из этого описания".
"Полагаю, вчера я выпила в Хёрстборне слишком много вина. Не знаю, как ещё объяснить то, что сегодня у меня трясутся руки. Надеюсь, ты проявишь снисходительность к моему неразборчивому почерку, приписав его этому простительному проступку".
"Присутствовало всего несколько признанных красавиц, да и те красавицами не выглядели. Мисс Иремонгер была не очень хороша, и единственная, кто вызывал всеобщее восхищение – это миссис Блаунт. Она была точь-в-точь такой же, как и в сентябре – широкое лицо, бриллиантовое бандо, белые туфельки, розовый супруг и толстая шея".
"Мама ожидает – с уверенностью, которую ты можешь представить – что мы сможем по-прежнему иметь двух служанок. Единственный, кто не посвящён в этот секрет – отец. Мы собираемся обзавестись степенной кухаркой и юной смешливой горничной, а также уравновешенным, средних лет слугой, который будет занимать двойную должность, супруга одной и ухажёра другой".
"Никак не могу избавиться от мысли, что нам с тобой в мае нужно съездить в Парагон. Тебе, я считаю, нужно ехать непременно, ну а я не хочу оставаться. И хотя поездка на двоих обойдётся дороже, чем на одного, я попытаюсь сократить разницу ценой расстройства своего желудка с помощью батских булочек".
Если захотите, можем продолжить. :)
P.S. Подписывайтесь на мой канал по истории моды и костюма! И... чем больше лайков и перепостов, тем больше статей!