.
Кто масштабнее, крупнее из испаноязычных поэтов, Горсиа Лорка, или Пабло Неруда? Трудно не признать, что два безусловно одаренных поэта скорее были явлениями своего времени, и как мне кажется, это скорее, чисто национальные явления, чем явления, в культурном отношении, мировые , особенно, на фоне таких авторов, как Оден или Элиот. Оба поэта были слишком детьми своего века, и, наверное, обоим не хватило эпического (или, надъисторического) масштаба, ибо, если говорить о масштабе, и уровне двух поэтов, и Лорка, и Неруда это такой же примерно уровень, как уровень Поля Элюара, (помните, в СССР , все советские эстеты носились с этим именем?.) Хороший ли поэт Поль Элюар? Безусловно, хороший, хотя и не великий. Кстати оба поэта дружили, хотя отношения их назвать ровными , было бы, трудно, и оба вышли из модернистской реформации поэзии, (например, из Рембо, и французских декадентов и сюрреалистов) хотя, и понятой скорее провинциально. Может быть, я бы даже сказал, что Поль Элюар как поэт, интереснее и Горсиа Лорки, и Пабло Неруды. Горсиа Лорка это испанец с душой цыгана, (чьим кумиром был, ни кто-нибудь, а Сальвадор Дали), а Пабло Неруда – яркий, коммунистический романтик. Можно привести один интересный эпизод, как однажды, к двум поэтам пришла журналистка, что бы взять у них интервью.
Разговор получился таким длинным, и захватывающим, что после часа, или двух беседы, Горсиа Лорка вышел куда-то, (возможно, за вином.) Возвращается, и видит, как мощный Пабло Неруда пристает прямо на балконе к журналистке, делая это весьма активно, а журналистка, которой оказалось некуда смыться от лирика, была уже на все согласна. Бедный Горсиа Лорка упал с лестницы и сломал руку. Замечу не из ревности, учитывая ориентацию Лорки (если он, конечно не друга своего приревновал к журналистке) , а потому, что, как же, грубо… На самом деле, дело не в том, что Неруда, как поэт, был таким же как человек, а, в том, что как человек, он был таким же, как поэт. Неруда и в стихах это культивировал (такое вот, отношение к женщине), особенно, молодой. Если их сравнить, Горсиа Лорка, может быть, тоньше, ритмически изысканнее, даже выше, а Пабло Неруда грубее, натуралистичнее , но мощнее , и глубже.
Мне ближе, все -таки, Пабло Неруда.
Впрочем, если их сейчас начну перечитывать, то скорее, из ностальгии по советскому времени, когда из обоих поэтов - лепили некий культ, поскольку, после распада СССР, два больших поэта остались как-то в тени. Горсиа Лорку расстреляли франкисты, (уже, за это, их можно ненавидеть), а Пабло Неруда, на старости вернувшись на Родину - застал режим Пиночета. Лишь смерть спасла поэта в 1973 году, имея в виду то, что многого поэт, к своему счастью, не увидел., и так и не узнал. Таким выдался двадцатый, уже послевоенный век . Были ли Горсиа Лорка, Неруда, а так же, Поль Элюар, Стефан Георге, или Тед Хьюз, Романтиками?
Сложный вопрос, хотя, в каком то смысле,были.
Если не определять романтизм, как-то философски- вменяемо, всех этих авторов можно записать в Романтики, просто бросив их судьбы вместе с их книгами в одну кучу, покрыв их огромным ковром, с названием Романтизм. Однако, Романтизм , это не когда ты книги бросаешь в одну кучу под рубрикой Романтизм. Романтизм, это когда ты ставишь книги на одну полку с названием Романтики., (хотя у каждого ценителя Романтизма возникнет своя полка. )
Каазалось бы, что общего между этими авторами?
Красный, но нежный и лунный Горсиа Лорка, и белогвардейский, но солярный и героичный Гумилев, сюрреалистично-звездный Поль Элюар, и страстный коммунист Пабло Неруда, (не говоря о Георге - Гельдерлине 20 века), что всех этих авторов роднит, какая черта? .Это, конечно же, поэтический, или языковой стилизм, и подражание большим чувствам больших Романтиков. Например, Цветаевой было достаточно написать: Мне нравится, что вы больны не мной. И это уже был Романтизм. До нее этого никто не говорил.
Или: Ты дал мне детство лучше сказки, и дай мне смерть в 17 лет!
Это не просто красивый оборот, в этих ранних строках уже вся глубина и формула цветаевского Романтизма. При этом поймите меня верно, я не хочу задевать ничьи вкусы. Например, я сам люблю и Гумилева и Теда Хьюза (даже пожалуй, больше его супруги Сильвии Плат) , люблю и Георге. Однако, что бы по настоящему чувствовать поэзию, нужно уметь понимать ее непосредственно, а не через призму литературоведения. Поэзия очень естественна, даже очень сложная. Поэтическое слово содержит в себе ответ на все наши вопросы, возникающие в нашей душе ( или, в нашем бессознательном.)
Это и составляет тайну поэзии.
Когда мы читаем Гумилева, что нам не хватает в Гумилеве при всей его строгости, звенящей воле его рифм, и чарующего ритма? Настоящих чувств. Все чувства Гумилева несколько стилизированы, в отличие не только от Цветаевой, но и от Блока или Есенина. Может быть лишь поздний Гумилев и стал пробуждаться. Хотя, думаю и поздний Гумилев уже устал.
Или приведу другой, более бытовой пример.
Например, Рихард Вагнер, как известно, носил один шелк, признавая только шелковые сорочки. Из эстетизма ли Вагнер носил один шелк, или по причине болезни, ( чувствительной кожи немецкого маэстро,) судить я как-то не берусь. Однако, я могу сказать, точно , это был натуральный шелк. Шелк же сорочек - Лорки, или даже Гумилева - это шелк постромантический, шелк не натуральный, а уже порядком синтетический.
Другое дело, что даже быть большим стилистом, уже, трагедия.
Потому, что есть такой феномен как феномен эха , имея в виду то, что слово, все равно , отзывается и если поэт настоящий , его слово это судьба. И Гумилев и Горсиа Лорка, не могли жить как Романтики, (хотя и пытались научиться чувствовать, и мечтать, как Романтики) , как Романтики они могли лишь погибнуть. Помните были такие строки у Гумилева: Ходят бешеные волки по дорогам скрипачей? Эти строки, как раз, может быть, об этом.
А теперь немного вернусь к Марине Цветаевой.
К ее строчкам, ты дал мне детство, лучше сказки, и дай мне смерть в семнадцать лет. С одной стороны в ее строках сквозит настоящий (не стилизованный) романтический вызов. Можно сравнить, что было тогда, в начале 20 века, модно. Какие-то символистко-кубические построения Андрея Белого , поэтические стилизмы Брюсова, и вдруг такая жизненность молодой Цветаевой. В этих строках, не только вызов, в них разгадка всего Романтизма.
Почему? А вы попробуйте вдуматься.
Ты дал мне детство , лучше сказки, (в том смысле, в каком Романтизм и есть мир сказок), и дай мне смерть в семнадцать лет (что бы не повзрослеть, не выйти из измерения сказки.) Сказки мы любим все, и наверное детство мы любим тоже, все.
Но не все желали умереть во имя бессмертья сказок, в 17 лет.
Именно с этого желания, пожалуй, и начинается Романтизм. Если говорить о моих предпочтениях, Горсиа Лорке я все таки предпочитаю Неруду, (по той же примерно причине , по которой Гумилеву - предпочитаю Цветаеву) , а если говорить о европейской поэзии, двум поэтам я лично предпочитаю Целана.
Казалось бы это странно.
Именно Целан первый поэт, который ставил на текст, на чистый текст освобожденный от поэтической шелухи, почти освобожденный от чувств. Но Целан был гением, у которого каждая строка била эсхатологическим током, (наподобие его Фуги Смерти), а в его текстовых построениях таилась запредельная культурная тревога и смертельное напряжение. В то же время, Целан был связан с традицией Немецкого Романтизма. Целан и заложил традицию писать стихи одним текстом, или одними формулами, в которых ничего лишнего, кроме сути.
Однако, я люблю и другую традицию верлибра.
Например, Неруда (говоря о совершенно другом, не "текстуальном", а скорее "песенном" верлибре) мне интереснее, тем что в нем больше жизни, больше воплощенного, чем призрачно-астрального, (под последним характеризуя скорее, более нежного Лорку) , у Неруда есть земля и небо, море, и его побережье, его стихи философичны, хотя и несколько тяжеловаты. Неруда может быть, временами, пафосен, однако, мощен.
Мощен, песенно свободен, и красив.
Кого из русских поэтов можно сравнить с Лоркой и Нерудой? Может быть, раннего Соснору? Я бы сказал, что Виктор Соснора, это русский Тэд Хьюз, странно, что никто это не заметил, и не замечал. Удивительно родственные поэты, по порой первозданно-романтическому мироощущению , складу поэтики , и порой сюрреалистичной метафорики , и конечно,по силе
Иногда зашкаливающая, надрывная, как у Маяковского сила, так же, близко роднит обоих поэтов.
Соснора – наш неудавшийся романтик.
Мне он близок ранний. У Виктора Сосноры есть смешные, а есть и трагические стихи. Мне нравится его пьеса Хутор, (про Пьяного Ангела), все его ранние стихи про Русь, и конечно же, Старик и Море , а из смешных стихов, нравится Мой Монгол, и про художника Тулуза Лотрека. Но особенно мне нравятся его стихи Мальчик и Ворона...
Эти стихи уже вызывают слезы, и вызывали всегда.
Еще мне нравится Ингрид Йонкер, в отличие от Силвии Плат, (по той же примерно причине по которой нравится Целан. ) В Ингрид жили чувства, в отличие от Сильвии, пусть она и не написала так много, как ее Учитель. Однако, это и есть романтическая поэзия.
На какой мысли я бы завершил свою статью?
Искусство, особенно поэзия всегда была важно... Даже в той же самой политике. Часто поэты мирили целые народы во враждующих странах. Например, в разгар холодной войны в СССР приехал уже почтенный Роберт Фрост, (последний сельский Романтик Америки как его называли в Англии) что бы выразить свою любовь России, и русским людям.
Или можно вспомнить Паблу Неруда.
Пабло Неруда не только был любимчиком товарища Сталина, но и создавал положительный имидж СССР за рубежом. Именно по этой причине Неруду так усердно переводили у нас.
И нужно отметить, что перевели его, хорошо.
В те времена поэты играли более значительную роль.
В связи с этим интересно отметить и то, что В Испании или в Чили, была традиция на роль дипломата избирать поэта. Можно вспомнить одного Неруду, (который был дипломатом) или Чингиза Айтматова - самого поэтичного писателя СССР, который стал дипломатом в Германии - уже в эпоху Горбачева, если правда, говорить о СССР.
Сейчас эти времена ушли.
Тогда, все- таки, была эпоха слова, живого литературного слова, и живого оклика слову. А сейчас эпоха не слова, а информации, газеты, или интернета. Такие вот, мне пришли , даже , несколько политические размышления о поэзии, напоследок.
Поэтому, на этих размышлениях , и завершаю свою статью.
