О страшной давке на Трубной площади, которую приравнивали к трагедии на Ходынке, возникшей в дни прощания со Сталиным, официальных сообщений тогда не было - остались только впечатления очевидцев. Читательница канала "Московские истории" Мария Орлова делится рассказом своей мамы.
О смерти Сталина объявили 6 марта 1953 года. До дня похорон — 9 марта, - которые должны были состояться на Красной площади, гроб с телом генералиссимуса был, по традиции, выставлен для прощания в Колонном зале Дома Союзов на Охотном ряду.
Маршрут основной массы людей пролегал по Бульварному кольцу через Трубную площадь к Пушкинской площади, и далее по Большой Дмитровке и Тверской (тогда Пушкинская и улица Горького) к Колонному залу на Охотном Ряду.
Моя мама решила, как и многие, пробраться в Колонный зал Дома Союзов, где гроб с телом стоял несколько дней. Очереди были страшные, все перекрыто от Трубной площади до площади Ногина (Китай-город).
Людмила Ивановна Дашевская (р. 1930), химик:
От 32-го до 20-го номера по Большой Дмитровке мы шли с шести часов вечера до двенадцати. Молодые люди по крышам пробирались и еще на эту толпу сверху сваливались.
Накануне бабушка с дедушкой сделали маме царский подарок: ей сшили отличное зимнее пальто с лисьим воротником и такую же зимнюю шапку, в виде берета. Ещё бабушка подарила ей пуховую белую шаль - холода стояли, говорят, сильные. И вот мама с подругой, принарядившись, пошли в это месиво, отстояли безумную очередь и увидели-таки тело вождя. Стали возвращаться домой.
Елена Владимировна Закс, (р. 1934), журналист:
Толпа становилась все гуще и гуще, тебя несло в этой толпе, ты не мог ничего сделать. И если бы захотел остановиться, ты бы не мог. Еще не было жертв раздавленных, просто ты не мог выйти уже из этого потока.
Где-то в районе Трубной началась давка. Выйти было невозможно, мама с подругой потеряли друг друга из виду. Люди напирали со всех сторон. Сначала мама потеряла берет, потом ее прижали к стене какого-то дома. Спасло лишь то, что какой-то солдат впихнул ее в подъезд дома. Там, задохнувшуюся, почему-то окровавленную, с разбитой бровью, ее втолкнули в квартиру на 1-м этаже.
Игорь Борисович Каспэ (р. 1934), инженер-строитель:
Образовалась брешь, в которую хлынула толпа. Люди бежали, падали, давили друг друга. В нескольких шагах впереди меня споткнулась и, упав, дико завизжала девушка. К счастью, несколько парней успели схватить ее за рукава, полы, и даже, по-моему, за волосы и вынесли из-под ног бегущих сзади. Это было какое-то цунами из людей.
На коммунальной кухне вповалку лежали люди, кто-то оказывал им какую-то помощь: давали воду, смазывали раны зелёнкой, бинтовали, даже накладывали шины на сломанные конечности. Делали это не медики, скорее всего, простые люди, жившие в этой и других квартирах на первых этажах домов. Маме тоже помогли.
Домой она попала к вечеру следующего дня. Родители уже не чаяли ее увидеть живой: подруге удалось вырваться, и она сообщила, что Нина затерялась в давке. От нового пальто оторвался воротник, красивый берет из лисьего меха был потерян, но по ним никто не горевал: мама, в отличие от многих других, вернулась домой. #мария орлова
Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru