Сын Николая I, наследник престола Александр Николаевич Романов был весьма привлекательным молодым человеком: высокий (186 см), хорошо сложенный, с правильными чертами лица и яркими голубыми глазами. Природные данные дополнялись внимательным отношением к гардеробу и уходу за собой, образованностью и безупречными манерами. Легкая картавость, усиливавшаяся в моменты раздражения и горячности, нисколько не портила впечатления от общения с ним. Надо ли говорить, что недостатка в женском внимании Александр II никогда не испытывал?
Он и сам был щедр на проявление симпатий, влюбчив, мечтателен. Винили в этом одного из воспитателей наследника престола поэта-романтика В.А Жуковского.
Первой любовью молодого цесаревича стала Ольга Калиновская, полька, фрейлина его сестры великой княжны Марии Николаевны. Отец Николай I воспринял эту связь в штыки: избранница была недалекого ума, не являлась принцессой по происхождению, так еще и католичка.
Меры приняли: наследник престола отправился в путешествие по Европе. Официально – для продолжения образования, но всем было понятно, что истинная цель поездки – поиски невесты.
Традиционным поставщиком невест для российского императорского дома являлись небольшие немецкие княжества. Проповедовавшие протестантизм принцессы, в отличие от католичек, без трудностей переходили в православие, что было одним из основных условий для вступления в брак с наследником престола.
Путешествие, длившееся чуть менее года, разочаровало цесаревича. Молодые принцессы, понимавшие, что другого шанса не будет и, стараясь произвести самое наилучшее впечатление, вели себя слишком напыщенно и манерно. В своих воспоминаниях сестра Александра II Ольга Николаевна напишет: «Один из свиты – кажется, Барятинский – заметил: «Есть еще одна молодая принцесса в Дармштадте, которую мы забыли посмотреть. - «Нет, благодарю, - ответил Саша, - с меня довольно, все они скучные и безвкусные».
Но ехать пришлось, и 13 марта 1839 г. делегация из России прибыла в Дармштадт. Великий герцог Гессенский Людвиг II очень тепло принял гостей. Его дочери Максимилиане-Вильгельмине-Августе-Софии-Марии исполнилось 15 лет, и внимание со стороны наследника российского трона не могло не польстить герцогу.
Однако сама будущая невеста не проявляла никакого интереса к происходящему. «В кортеже совершенно безучастно следовала девушка с длинными, детскими локонами. Отец взял ее за руку, чтобы познакомить с Сашей. Она как раз ела вишни, и в тот момент, как Саша обратился к ней, ей пришлось сначала выплюнуть косточку в руку, чтобы ответить ему. Настолько мало она рассчитывала на то, что будет замечена…» - напишет об этой судьбоносной встрече Ольга Николаевна.
Наследник престола был сражен непосредственностью и отсутствием всякого жеманства со стороны принцессы. К тому же юная Мария была невероятно хороша собой: высокая, стройная, хрупкая с прекрасными густыми волосами, нежным цветом лица и большими голубыми глазами, которые, по мнению фрейлины А.Ф. Тютчевой, «смотрели кротко и проникновенно».
В тот же вечер цесаревич сообщил родителям о своем чувстве. Николай II и Александра Федоровна (которая, между прочим, по генеалогическому древу приходилась троюродной сестрой своей невестке) не пришли в восторг от выбора сына. Дело в том, что родители Марии оставались в браке лишь формально, всей Европе было известно, что Людвиг не является отцом своих младших детей и признал их лишь под давлением влиятельных родственников супруги.
Александра Федоровна засобиралась в Дармштадт для знакомства с будущей невесткой. Юная Мария настолько покорила ее своим врожденным достоинством и необыкновенной естественностью, что до конца своих дней свекровь будет относиться к ней как к своей дочери. Забегая вперед, скажу, что со свекром Николаем I у Марии Александровны тоже сложатся прекрасные отношения. Согласие на брак было дано.
Злые языки поговаривали, что закрыть глаза на происхождение невестки Николая I и его супругу заставило еще одно обстоятельство. После Дармштадта цесаревич Александр Николаевич отправился в Англию с протокольным визитом по случаю 20-летия английской королевы Виктории. Там между ним и юной королевой промелькнула такая искра, что еще долгие годы при упоминании имени российского императора та смущенно краснела. Отношения России и Англии уже тогда не являлись безоблачными, и допустить, чтобы наследник российского престола стал консортом в чужой стране, было нельзя. К тому же по возвращению в Россию у Александра Николаевича вновь вспыхнули чувства к Ольге Калиновской, которую срочно пришлось отправить в Польшу и выдать замуж польского магната Иеренея Клеофаста Огинского, сына композитора, автора знаменитого полонеза, М. К. Огинского.
В декабре 1840 года юная Мария прибыла в Петербург и приняла православие под именем великой княжны Марии Александровны. 6 апреля 1841 г. Александр Николаевич и Мария Александровна обвенчались.
Перед свадьбой случился небольшой конфуз. В Россию приехали дядя и брат невесты. Марию Александровну так растрогал их визит, что на ее лице после рыданий появилась болезненная краснота. И как с таким лицом отправляться под венец? Камер-фрау Рорбек вспомнила о старом, проверенном временем рецепте: языке лисицы, который нужно положить под кровать заболевшей. Неизвестно, как на подобное лечение отреагировала бы невеста, поэтому ей на всякий случай ничего не сказали. Болезненная краснота между тем прошла, и рецепт, по признанию сестры Александра II Ольги Николаевны, был еще неоднократно рекомендован ею третьим лицам как надежное средство. В нескольких источниках отмечается, что кожа Марии Александровны была действительно очень нежной, в сильные морозы она не выходила на улицу без многослойной вуали на лице.
Первые годы жизни великокняжеской четы наполнены любовью. По приказу Александра Николаевича в столовую на половину его жены ставили яблони в кадке, чтобы она могла срывать плоды, которые ей понравятся. Свежеиспеченный муж хвастался своим счастьем в письмах другу Александру Адлербергу, будущему министру императорского двора, но это не мешало ему регулярно заводить интрижки.
Мария Александровна снисходительно относилась к слухам об очередном романе, прощая «умиления» своего супруга. Придворные церемонии ее тяготили, но она очень серьезно относилась к своему долгу перед государством и семьей, занималась благотворительностью, рождением и воспитанием детей. Ей мы обязаны основанием Красного Креста, созданием Мариинского театра, системы всесословного гимназического образования для девочек, первого в России учреждения социальной помощи для слепых. Она патронировала 5 больниц, 56 низких училищ, 5 частных благотворительных обществ.
«Мари завоевала сердца всех тех русских, которые могли познакомиться с ней» - писала Ольга Николаевна.
Мария Александровна родила своему мужу 8 детей, включая будущего императора Александра III. В 7-летнем возрасте от менингита умирает их старшая дочь Александра. Смерть ребенка пошатнула и без того слабое здоровье императрицы. После последних родов врачи запретили ей рожать, отношения с мужем свелись к бесстрастным поцелуям, дежурным вопросам о здоровье и детях, посещению общественных мероприятий.
В 1865 году после внезапной смерти сына и наследника престола Николая Николаевича Мария Александровна окончательно замкнулась в себе. В это же время у ее супруга началась любовная связь с Екатериной Долгоруковой. После начала череды покушений в целях безопасности Александр II поселил любовницу с детьми в Зимнем дворце. Трудно представить, что чувствовала умирающая императрица, лежа в своей постели, когда когда слышала топот детских ножек.
Фрейлина Толстая в своих воспоминаниях напишет: «Призванная прощать изо дня в день в течение многих лет, она ни разу не проронила ни жалобу, ни обвинение, тайну своих страданий и унижений она унесла с собой в могилу».
Мария Александровна тихо скончалась от туберкулеза в своей спальне в Зимнем дворце 23 мая 1880 года в полном одиночестве. Александр II в это время вместе со своей второй семьей находился в Царском Селе. «...и долгое время весть о ее смерти оставалась без сообщения ее детям для того, чтобы государь успел приехать», - горько заметит в своем дневнике государственный секретарь А.А. Половцев.
Мария Александровна покоится в Петропавловском соборе Петропавловской крепости рядом со своим супругом. По странной иронии судьбы, гробница самой скромной императрицы получила самое роскошное оформление.