Как постарался Пушкин над образом Татьяны Лариной..., и переименовал ее из Натальи в более простонародное Татьяна, и указывал, что этот образ не лишен прототипа, причем сходство в характере Анны Керн с Татьяной Лариной не оставляет сомнений. Но неожиданно для него Татьяна Ларина вышла замуж, о чем Александр Сергеевич сам признавался.
Лев Толстой пытался оправдать Вронского, вздумавшего стреляться, не спросив у Льва Николаевича, и все же спас его от необдуманного шага.
Как говорил Толстой: «Вообще герои и героини мои делают иногда такие штуки, каких я не желал бы! Они делают то, что должны делать в действительной жизни и как бывает в действительной жизни, а не то, что мне хочется».
Иван Бунин писал в дневнике о происхождении рассказа «Натали»: «Мне как-то пришло в голову: вот Гоголь выдумал Чичикова, который ездит и скупает „мертвые души“, и так не выдумать ли мне молодого человека, который поехал на поиски любовных приключений? И сперва я думал, что это будет ряд довольно забавных историй. А вышло совсем, совсем другое…».
Флобер много пережил неприятных минут в связи со своим детищем – романом «Госпожа Бовари»: и суд, и осуждение людей и бесконечные сравнения и обвинения о том, что он описал даму, известную ему. Она действительно была женой врача, которому покровительствовал отец Флобера. Но когда Флобер взялся за осуществление своего замысла, госпожа Бовари все более становилась для него непредсказуемой, в мыслях, даже в своих жестах.
Станислав Лем в эссе «Моя жизнь» описывает, что происходило с героем, когда он писал «Солярис»: «…Когда Кельвин прибывает на станцию Солярис и не встречает там никого, когда он отправляется на поиски кого-нибудь из персонала станции и встречает Снаута, а тот его явно боится, я и понятия не имел, почему никто не встретил посланца с Земли и чего так боится Снаут. Да, я решительно ничего не знал о каком-то там «живом Океане», покрывающем планету».
Это удивительное явление, когда герои начинают жить своей жизнью.
«Как только в начатой вещи появляются люди и как только эти люди по воле автора оживают, они тотчас же начинают сопротивляться плану и вступают с ним в борьбу. Вещь начинает развиваться по своей внутренней логике, толчок для которой дал, конечно, писатель. Герои действуют так, как это соответствует их характеру, несмотря на то, что творцом этих характеров является писатель". Константин Паустовский.
Пока пишешь - ты становишься другим – и другими становятся твои герои. Иногда ты просто продолжение пера, за которым следовал в написании романа. А то и просто наблюдатель... за своим персонажем. Верить в это сложно, но возможно... Только не забывай - герои редко хотят твоего вмешательства в происходящие в романе события.
Поэт Виктор Семенихин написал к этим офортам стихи, которые перекликаются с мыслями в данной статье:
...Так ум, в нечаянном оригинале
Теней, что мучили, узнав исход,
Фигуры клеток, букв диагонали
Сдвигая - взламывая, ищет ход...