Самые крутые гауптвахты всё же были местные, при крупных частях. Был один прапорщик, который измывался над бедными пацанами. Причём самые невинные жесткости доставляли больше всего неудобств. Попробуйте поспать ночь на деревянной подушке. Положено давать шинель на ночь, но на это положено было тоже положено. После такой ночи утром болит вся голова - не притронуться. Летом тепло, перед отбоем прапорщик в камеру кружку воды на пол плеснёт: "Говорил, чтобы служба мёдом не казалась!" Из-за сырости всю ночь дрожишь, даже если в камере +18, если попросишься в уборную - сразу драить гальюн и пару суток ДП. Только после подъёма. Если губари возражали - воду меняли на хлорку. Плац на губе был с учебную комнату с лужей посредине, все губари строевым шагом печатали шаг прямо по луже, через сорок минут х/б было мокрым, сушили как йоги, на себе. **
А в части губа была - не хуже карантина медицинского. Только в форме без пилотки и ремня. И масло по утрам, туалет в здании (губа в караулке была).