Родила жена ребенка, а у него — нос Ивана Ивановича, рот — Ивана Никифырыча и вообще, очень уж ребенок похож на Ваську из старшей группы детского сада, с которым жена под столом там целовалась, сама признавалась, неверная!
Несчастный отец думал-думал что делать, и так и сяк ребенка вертел — даже глядя на первичные половые признаки сына, понимал — ну не похож на законного папку. В конце концов пятнадцати тыщ не пожалел — на генетическую экспертизу пошел.
Там и вскрылась правда: он отец на 99.9999999 и чего-то там процентов. А на все оставшиеся — не отец. Потому что все оставшиеся гены — ЧУЖИЕ. И чьи — непонятно. То ль Ивана Никифырыча, то ли Ивана Ивановича, может — Васьки со старшей группы детского сада или еще кого, оставшегося неизвестным?
Вы не смейтесь, товарищ именно с такой проблемой пониманием результатов ДНК как-то подсел мне на уши (или, вернее, на глаза, так как дело происходило в социально сеточке и комментарии там читаются, а не слушаются).
Он утверждал — ребенок, ДНК которого не совпадает с папкиными, но вот эту долю процента, не папкин ребенок. В его аллели и цепочки вплелись ДНК других мужчин — тех самых, которые имелись в анамнезе супруги, и потому он (несчастный и обманутый) имеет право от некачественного ребенка отказаться. Не его и все тут! Ну, не весь его. Потому развод, девичья фамилия, алименты снять, судиться до последнего, жалуясь всем и каждому, что бабосуды в Российской Федерации вещают на честного гражданина плод чужой любви.
В доказательство приводил теорию телегонии.
Для справки:
Телего́ния — опровергнутая биологическая концепция, существовавшая в XIX веке, утверждавшая, что спаривание с предшествующими, а особенно с самым первым партнёром существенно сказывается на наследственных признаках потомства женской особи, полученного в результате спаривания с последующими партнёрами.
Да, в двадцать первом веке народ до сих пор ищет соломинку, за которую можно уцепиться чтобы опровергнуть собственную инфантильность.
Вы знаете, проблема судебных решений при разводе на самом деле существует. Если отец хочет, чтобы ребенок после развода проживал с ним, получить такое решение суда практически невозможно. Ребенок по умолчанию оставляется с матерью.
И с таким раскладом надо бороться.
Но вот когда человек, топая ногами и строча по клавиатуре, как пулемет, начинает проповедовать мракобесие, становится дурно. И тут вот какой расклад: не хочешь становиться отцом — не делай детей, все просто. Не доверяешь жене (партнерше), думаешь, что может забеременеть от тебя тайком или повесить на тебя чуждого младенца? Ну, блин, так предохраняйся самым надежным средством, СПИОДИН называется, и никто тебя против воли отцом не сделает в таком случае.
А если уж родили ребенка, и это ребенок твой (я спецом погуглгил, такое совпадение считается доказательство что ребенок и отец — родные), то не надо всяких телегоний, теорий рептилоидов и прочего бреда. Родил — тащи. Не хотел, но родил — сам виноват, да.
Отказываешься от ребенка, так скажи ты честно: да, не хочу заботиться, не хочу тратиться, хочу жить в свое удовольствие, а ребенка пусть мать или кто-то другой растит, я умываю руки. Ну да, общество осудит. Ну, а что поделать. За свои решения всегда приходится нести ответственность и самому расхлебывать результаты этих решений. Не?
А права мужчин, права отцов и суды при разводе — это тема обширная. Не надо тащить в нее бред, выставляя на посмешище себя…и других.