«Считанные секунды», «Кровь и плоть», «Слепая ярость», «Джаггер», «Бомж с дробовиком». Моя любимая пятерка фильмов Рутгера Хаэра. Да, здесь нет «Бегущего по лезвию», считайте меня быдлом, кому какая разница. Рутгер был символом боевиков с душой, символом героя, а не супермена. Он не умел бить ногой с разворота, как Чак Норрис. Не имел мускулатуры Шварца, не прыгал по рингу, как Сталлоне. Рутгер был героем из-за умения играть. Самые прозрачные глаза Голливуда и самое саркастичное лицо.
Родись он в СССР, играть ему офицеров СС, офицеров Белой гвардии, офицеров армии США. Он родился в Европе и познакомился с Полом Верховеном. Он вполне мог сыграть Алекса Мерфи и стать Робокопом вместо Питера Веллера. Он стал бы куда лучшим преследователем Шварца в «Вспомнить все». Мог, не стал, расставшись с Верховеном, разругавшись в хлам.
Не знаю, как так получилось, но не имея видеомагнитофона, я увидел все, указанное в первом предложении, еще в девяностых. Ну, кроме последнего трэшака, само собой. Как так вышло? Удача, не иначе. Случайное включение телевизора, случайно найденный канал отрадненского не-кабельного телевидения, гнавшего пиратские копии в совершенно случайном порядке.
Детектив Стоун «Считанных секунд» стал любимым персонажем надолго. Такого градуса крутости не было ни у кого, включая пафосного Ворона от Брендона Ли, невозмутимого ломателя конечностей Стивена Сигала, деревянноликого и крушащего все Шварца. Детектив Стоун, с оформившимся животом, в расстегнутом плаще, в ботинках с пряжками, с огромной пушкой, курящий сигары и жрущий шоколад, стал идеальным героем моего детства.
Джаггер, играющий в адскую игру с черепами, познакомил меня с постапом также, как и Безумный Макс Гибсона. Джаггер был суров, хмурился и чуть позже стал одноглазым. В том фильме не было никакого сюжета, он был трэшовым с самого начала, но Рутгер делал его невозможно клевым.
Банда наемников, забравшая себе замок и дочку его хозяина, под предводительством прозрачноглазого мастера меча, ландскнехта без чести, совести и принципов, решившего носить алое и белое, как символ своего неожиданного дворянства и трахающего ту самую дочку при всей своей банде.
Ветеран Вьетнама, прячущий клинок в трости и разваливающий наркоторговцев почти до пояса, спасающий ненужного ему пацана и убивающий японского мастера меча. Глупость и пафос, возведенные в абсолют, но сыгранные Рутгером на уровне крутости «Затоичи» и Такеши Китано.
Бомж, покупающий дробовик вместо газонокосилки и усталый взгляд старого актера Рутгера, вполне понимающего – в каком говне он снимается, но опять играющего как в молодости.
Рутгер был и останется с поклонниками его таланта. Прощай, Рутгер Хауэр, подаривший мне немало в моем детстве.