...на всех парах домчались мы до самого центра традиции, до её средоточия, коим можно считать знаменитую вещь Дж. Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи» (1951, перевод Р. Райт-Ковалевой). Отметим, что произведение-то знаменитое, а вот понятен ли его смысл? Похоже, что не очень. Во всяком случае, в предисловии к изданию 1991 года (М., Правда) кроме как о каком-то гуманистическом идеале ничего внятного не говорится.
А между тем смысл на поверхности! Таковым является глубинное бессознательное стремление вырваться из колеса сансары. Герой видит, а скорее чувствует бессмысленность обыденного существования. Пропасть, которая повсюду – как внутри, так и снаружи.
«День был какой-то сумасшедший, жуткий холод, ни проблеска солнца, ничего, и казалось, стоит тебе пересечь дорогу, как ты сразу исчезнешь навек». – Это в самом начале повести – но и в конце тот же мотив:
«Каждый раз, когда я доходил до конца квартала и переходил с тротуара на мостовую, мне вдруг начинало казаться, что я никак не смогу перейти на ту сторону. Мне казалось, что я вдруг провалюсь вниз, вниз, вниз и больше меня так и не увидят».
Отсюда – из этой бессмысленности – вытекает отношение к себе и к окружающим:
- Я ужасный лгун – такого вы никогда в жизни не видали.
- «Чуткий»! Вот умора! В крышке от унитаза и то больше чуткости, чем в этом самом Эрнесте.
- Но кого я никак не мог понять, так это даму, которая сидела рядом со мной и всю картину проплакала. И чем больше там было липы, тем она горше плакала.
- Все напоказ. Все притворство. Такого скопления подлецов я в жизни не встречал.
Отсюда же – стихийно возникающая философия неделания:
- Честное слово, если будет война, пусть меня сразу выведут и расстреляют. Я и сопротивляться бы не стал.
И наконец отсюда – стремление найти смысл, точку опоры, что возможно только за пределами колеса бессмысленности.
Вот такая непростая задача, которую на бессознательном уровне решает герой повести Холден Колфилд, и вместе с ним сам Сэлинджер. И не только он. Ведь по сути все авторы рассматриваемой нами традиции рассказывают о том же. Вот только результаты – как и положено – разные.
Но мотивы одни и те же – и оттого совпадения просто удивительны! Как, например, неудавшаяся эротическая инициация – с проституткой:
«Знаете что? – говорю – Я себя неважно чувствую. День был трудный. Честное благородное слово. Я вам заплачу и все такое, но вы на меня не обидитесь, если ничего не будет? Не обидитесь?
Плохо было то, что мне ни черта не хотелось. По правде говоря, на меня тоска напала, а не какое-нибудь возбуждение. Она нагоняла на меня жуткую тоску. А тут еще ее зеленое платье висит в шкафу. Да и вообще, как можно этим заниматься с человеком, который полдня сидит в каком-нибудь идиотском кино? Не мог я, и все, честное слово».