Издательство «Эксмо» анонсировало выход романа «Кари Мора» Томаса Харриса, создателя Ганнибала Лектера. Впервые после выхода дебютной работы писателя в книге не будет фигурировать кровавый маньяк.
Глава 5
– Дон Эрнесто хочет знать, что творится в старом доме Пабло, – объявил Капитан Марко. – Когда можно будет проверить?
Ранним утром Марко и еще двое сидели на рабочей площадке стоянки для маломерных судов, под огромной крышей открытого спереди лодочного эллинга. Ветерок трепал флаги на грузовых теплоходах, пришвартованных по берегам Майами-ривер. Катер Капитана Марко со скрипом терся о пирс, заваленный крабовыми ловушками.
– Могу заглянуть вместе с садовниками в семь утра, если у Клаудио тачка заведется, – отозвался Бенито. – По договору они хошь не хошь раз в две недели должны нас туда пускать – ветки упавшие убрать, травку постричь…
Бенито – старый, морщинистый. Только глаза светятся по-юношески. Толстыми, как бананы, пальцами он достал жестянку с табаком «Баглер», аккуратно и ловко свернул сигаретку, закрутил кончик и прикурил от кухонной спички, которую зажег о ноготь.
– Хесус Вильярреал божится, что золото там, в доме, – продолжал Капитан Марко. – Будто бы он сам привез его туда по приказу Пабло, на своем траулере, в восемьдесят девятом. Дон Эрнесто говорит, что съемочная группа, которая сейчас в доме, – это фуфло, им просто надо было в дом как-то попасть.
– Да уж, на море Иисус был как рыба в воде, все входы и выходы знал, – Бенито кивнул. – А я-то думал, его уже и в живых нету, как и Пабло… Думал, что вообще все уже давно в могиле, только я один и остался.
– Да ты еще сам кого угодно в могилу загонишь! – хохотнул Антонио, подливая старику в стакан из стоящей на столе бутылки. Сам Антонио еще молод, ему всего двадцать семь – ладный крепыш в обтягивающей футболке с логотипом фирмы по обслуживанию бассейнов.
Трое собравшихся под крышей эллинга приглядывали за обстановкой в Майами по поручению своего наставника из Картахены, хоть это и не было их основным занятием. У всех были одинаковые татуировки, только в разных местах. Татуировка изображала колокольчик, прицепленный на рыболовный крючок.
Ветер нес над водой музыку из ресторана, расположенного дальше по реке, где-то под зубчатым силуэтом Майами на горизонте.
– И кто это туда втерся? – поинтересовался Антонио.
– Ганс-Петер Шнайдер со своими братками, – отозвался Марко.
– Встречал я этого Ганса-Петера Шнайдера… – проговорил Бенито. – Видел его когда-нибудь? Только посмотришь, и сразу ясно: больной на всю голову. Конченый отморозок.
– Он из Парагвая, – сказал Марко. – Говорят, очень опасный тип.
– Он и сам так считает, –кивнул Бенито, убирая жестянку с табаком в большой отвислый карман на груди своего рабочего комбинезона. – Сам видел, как он так вот запросто прострелил одному парню задницу – тот залез в дом Пабло на окраине Боготы, а Ганс-Петер как раз сам там шарил, деньги искал. Полный псих.
– У него тут бизнес, – поделился сведениями Антонио. – Без дела не сидит. У него парочка борделей в Майами – мотель «Рыбка» и еще один, возле аэропорта, – плюс в интернете сайт с девками вживую, что-то вроде видеочата. На самом пике у него было два реально крутых бара – «Теплое местечко» и еще один, назывался «Конгресс». Правда, с ними он погорел по-глупому – в отделе здравоохранения как-то прознали, что они там номера с телками наверху обслуживали, и округ отобрал у него лицензию на спиртное. «Мигра» пыталась прижать его за поставку девочек и мальчиков из-за границы… Так что теперь он формально не при делах, будто и нету его вовсе. Но все равно регулярно всплывает то тут, то там, и бабло у него водится.
Антонио частенько рыбачил с молодыми ребятами из полицейского управления, так что всегда был в курсе подобных вещей.
Он опрокинул в рот остатки из стакана.
– Завтра после восьми могу заглянуть в бассейн – типа, он якобы течет. Можно потянуть время, повозиться, сколько надо.
– А кто там командует от агентства по недвижимости? По-прежнему Феликс?
Бенито кивнул.
– Тот еще гусь этот Феликс… Между прочим, панамка, в которой он на работу ходит, стоит пятьсот пятьдесят долларов плюс НДС – как тебе? Единственный плюс, что он там особо ни во что не вникает. А вот девчонка в этом доме реально классная. Просто чудо, а не девчонка.
– А то, – подтвердил Антонио.
– Нечего ей там делать, раз уж этот Ганс-Петер Шнайдер туда втерся.
– Я говорил с ней по телефону, на ночь она не останется, – сообщил Антонио.
– Все равно плохо, что она вообще Шнайдеру на глаза попалась, – вздохнул Бенито.
– Пойдешь туда завтра, – резюмировал Капитан Марко. – Я со своими ребятами выйду в залив на лодке около девяти, будем ставить крабовые ловушки. Сделаем вид, что запутали снасти, поболтаемся напротив. Будут проблемы, Бенито, – сними шляпу и обмахивайся, типа тебе жарко. Тогда подгребем поближе. Если совсем припечет – якобы случайно сбей ее с головы. Вмиг подскочим, если понадобится. Как услышишь, что обороты на лебедке сбросили – значит, мы наготове. Только не лезем на рожон, ребята, дон Эрнесто просто хочет знать, что творится в доме.
На западе, где-то над болотами Эверглейдс, громоздились грозовые тучи, внутри которых пульсировали молнии. Силуэт Майами на востоке сверкал в закатных лучах, словно айсберг.
У самого борта краболовного катера в гавани вынырнула морская корова, отфыркалась. Прислушалась к тихому посапыванию теленка, который появился на поверхности следом. Довольная услышанным, опять погрузилась в воду и исчезла из виду.
Глава 6
Рано утром Бенито в компании приходящих садовников был уже на месте. Он как раз пропалывал сорняки вдоль самого уреза воды, когда услышал приближающийся с залива Бискейн экскурсионный катер. Старик быстро стрельнул взглядом на террасу второго этажа. Бандюган Умберто в черной майке, обтягивающей его выпирающую мускулатуру, тоже услышал звук мотора. В тот момент он затаскивал на террасу пыльную кинокамеру.
Бенито хорошо было видно глушитель винтовки «АР-15», торчащий дюйма на два над перилами. Старый садовник только покачал головой. «Ох уж эта молодежь! Какая беспечность! Хотя нет, что тут брюзжать по-стариковски? Дело не в молодости Умберто – он просто по жизни тупой, и никогда из этого не вырастет».
– Рефлектор не забудь! – крикнул Феликс накачанному балбесу откуда-то изнутри, из кондиционированной прохлады дома. На голове у Феликса была его знаменитая панама (пятьсот пятьдесят долларов плюс НДС), на самом деле изготовленная в Эквадоре.
Серо-зеленый залив Бискейн лежал под хмурым, затянутым облаками небом, а за ним возвышались башни центра Майами – всего лишь каких-то четыре мили хода по воде.
Экскурсионный катер был уже в трех участках от дома, двигаясь почти вплотную к берегу, вдоль знаменитого «Миллионерского ряда». Это была здоровенная понтонная лодка – прямоугольная платформа с диванами и креслами под матерчатым навесом, поставленная на цилиндрические поплавки. Из динамиков гремела какая-то разухабистая попса. Экскурсовод, судя по всему, раньше работал ярмарочным зазывалой. Его усиленный микрофоном голос эхом отскакивал от огромных домин на берегу, большинство из которых были уже заколочены на зиму.
– А сейчас слева от вас – дом великого музыкального магната Грини Перди! Приглядитесь как следует, и увидите, как солнце отражается от целой стены золотых дисков, украшающих эту скромную берлогу!
Экскурсионная посудина уже почти поравнялась с Бенито. Над фальшбортом были хорошо видны бледные лица туристов.
Гид воткнул музыкальную тему из «Лица со шрамом» и продолжил вдохновенно вещать:
– А теперь трепещите от ужаса! Все эти ободранные зеленые навесы, выцветший конус ветроуказателя, заросшая сорняками вертолетная площадка, которые вы видите слева от себя, – это дом, некогда принадлежавший Пабло Эскобару! Наркобарону, убийце, миллиардеру, нажившему несметное состояние нечестным путем и застреленному полицией в Колумбии на крыше одного из тамошних домов!.. Никто здесь больше не живет. Дом время от времени сдается для киносъемок, пока его кто-нибудь не купит. Эй, ребята! Да нам, похоже, повезло! Вроде сегодня здесь опять чего-то снимают! А вон и кинозвезда! Видите?
Экскурсовод помахал Бенито. Тот поднял руку и тоже помахал с важным видом. Туристы, конечно, догадались, что никакая он не кинозвезда. Мало кто махнул ему в ответ.
Чуть дальше на зеленой поверхности моря двигалось суденышко Капитана Марко, сбрасывая в воду крабовые ловушки. Тарахтение его дизеля иногда заглушало восторженные вопли гида.
Умберто на террасе ослабил на камере какую-то барашковую гайку, потом туго закрутил ее опять – изображал бурную деятельность.
– Крышечку-то с объектива сними, балда! – воззвал из приятной прохлады дома Феликс, поправляя двухсотдолларовые темные очки. – Будь поубедительней!
– Можете купить дом Эскобара, если есть желание, – продолжал гид со скользящей мимо понтонной лодки. – Всего-то двадцать семь миллионов долларов, и он ваш. А теперь мы приближаемся к роскошному дому знаменитого фотографа Лесли Малленса!!! Вон он, четвертый по счету. «Вокруг света восемьюдесятью способами» – припоминаете? А по иронии судьбы, его ближайших сосед – Элтон Флит, телепроповедник и святой целитель, число адептов которого исчисляется миллионами по всему миру! Чудотворные сеансы исцеления в прямом эфире, которые он проводит из своего Собора-под-Пальмами, стяжали ему…
Экскурсионная посудина продолжала медленно продвигаться вдоль берега, и голос гида понемногу стихал.
Дом Эскобара тем временем сотрясся от отбойного молотка, загрохотавшего в подвале. С нижней террасы полетела пыль. Ящерицы быстро юркнули в ближайшие трещины.