По бескрайним просторам сербской Воеводины, вдоль утомлённых зноем румяных подсолнухов, рядами тянущихся до горизонта, мы едем в один из самых необычных городков Сербии Руски-Крстур — культурный центр сербских русин.
Русины — это восточные славяне, который признаны этническим меньшинством в странах Евросоюза, США, Канаде и России, но не на Украине, которая официально считает русинов украинцами, а их язык — своим диалектом. Как свидетельствуют исторические документы, предки нынешних русинов Воеводины более 250 лет назад переселились на территорию нынешней Сербии из окрестностей городов Прешов и Требишов, расположенных на востоке Словакии. Основная их часть осела в XVIII веке в местечке Руски-Крстур.
Городок расположен вдали от магистралей. Едем по центральной улочке Маршала Тито вдоль типичных для Воеводины домиков, повернутых к дороге боком. В палисадниках аккуратно постриженные газоны, розовые кусты сгибаются под тяжестью махровых бутонов. На улицах идеальная чистота, мусор здесь собирают раздельно. Подъезжаем к перекрестку: у дороги стоит грузовик с арбузами и дынями, в сквере расположены лавочки, в фонтане журчит вода.
— А как добраться в центр? — спрашиваю мужчину, сидящего в тени липы за столиком.
Он широко разводит руками.
— Вы прибыли. Добро пожаловать в Руски-Крстур!
— Ну наконец-то! — к нам приближается приветливо улыбающаяся женщина. Это Любица Няради, преподаватель гимназии «Петро Кузмяк» и хранительница музея русинской культуры. Протягиваю руку, но она обнимает меня, как старую знакомую. Это сразу располагает к неофициальному общению.
— Так вот вы, русины, какие, — смеюсь я.
— Да, мы любим гостей, — улыбается Любица.
Она рассказывает, что русины получили свое название ещё во времена Киевской Руси, когда вся её территория, от Карпат до Москвы и русского Севера, была населена одним народом — русичами, или русинами. Позже, после дробления Киевской Руси на отдельные княжества-государства, эта самая западная часть восточнославянского народа за Карпатами оказалась в составе Галицко-Волынского княжества, территорию которого впоследствии поделили между собой Венгрия, Литва и Польша. А уже в эпоху империи Габсбургов и австро-турецких войн десятки семей русинов отправились за лучшей жизнью на освобожденные от турок равнины Воеводины, и в январе 1751 году Руски-Крстур стал на новой родине их «столицей». С тех пор дата 17 января считается национальным праздником.
Согласно переписи населения 2011 года, в Сербии проживало около 14 000 тысяч русин. Русинский народ здесь обладает статусом национального меньшинства и всеми соответствующими правами. У русинов свои СМИ и своя система образования (от детских садов до университета). Русинский язык в Воеводине используется в общественной и политической жизни наравне с сербским, на нем ведётся деловая переписка, функционирует национальный совет, напечатаны городские таблички.
В Руски-Крстуре есть русинская гимназия, основанная еще в XVIII веке просветителем Петром Кузмяком. Она стала единственной в мире, где у детей есть возможность получать среднее образование на родном языке с первого класса. В гимназии есть интернат, большая библиотека с книгами на русинском и сербском языках. Получается, что каждый ребёнок в Руски-Крстуре — билингв.
Любица с гордостью показывает фотографии своих выпускников: все они получили высшее образование и сейчас работают врачами, инженерами, учителями, программистами.
В начале нашего разговора Любица говорила по-сербски, но потом, желая показать нам красоту своего родного языка, перешла на русинский. С этого момента мы стали общаться на трех языках.
Смешанный восточнословацкий диалект по своему происхождению, язык русинов Воеводины (южнорусинский) впитал в себя много заимствований из сербского, церковнославянского, украинского и русского, став универсальным языком, который любой живущий на Балканах человек способен понять с первого слова. Я спрашивала по-сербски и по-русски, Любица отвечала по-русински, и недопонимания у нас не было.
— Наш русинский язык — это своеобразное эсперанто среди славянских языков. Я могу говорить на нем с поляками, словаками, украинцами, русскими, болгарами, македонцами, и мы все будем понимать друг друга. Русинский и русский — похожи. Вы свой называете «русский язык», мы свой — «руски язик». У нас есть буквы «я», «ю», «ь», алфавит у нас тоже кириллический, мы его называем «кирилка». Даже в Канаде наши русины, встречая сербов, поляков или русских, общаются друг с другом на своих языках, и английский им не нужен, — смеётся Любица.
Она отмечает, что благодаря бережному отношению к культуре и истории, крстурским русинам удалось сохранить свой язык и в новом окружении.
— Когда к нам приезжают русины из Словакии, они удивляются: «Вы говорите на языке наших бабушек и дедушек!» — рассказывает Любица.
После гимназии у русинов есть возможность продолжить образование на родном языке в университете Нови-Сада.
Тем временем мы подходим к местной достопримечательности — Крстурскому замку. Дубовые бревна для его строительства русины в XVIII веке сплавляли в Руски-Крстур по реке Тисе из Закарпатья. На здании развеваются два флага — сербский и русинский.
— Русины — это народ без родины. Поэтому наш флаг — это флаг страны, где мы живём, поверх которого расположен наш герб. Этот медведь — символ Карпат, а желтые полосы символизируют золотоносные реки Тису, Уж и Латорицу, — рассказывает Любица.
В замке когда-то располагались первые классы гимназии, а сегодня здесь работает национальный совет и музей, полный ценных свидетельств русинского прошлого.
— Вы знаете, мы, русины, никогда не жили богато. Всю жизнь зарабатывали своими руками или умом. У нас когда-то в Руски-Крстуре работало сорок пять мебельных компаний: это традиционное для русинов ремесло. Кроме того, русины выращивали лошадей и коров, а значит, делали упряжь и сельскую технику, — Любица показывает старинные фотографии, на которых запечатлена жизнь скромных трудолюбивых людей.
В музее хранится расписная мебель и национальная одежда. Главным предметом женского гардероба были шали: шёлковые, с вышивкой и кистями — для праздников, тёплые шерстяные — на зиму. Русинки традиционно носили одежду тёмных цветов, а после рождения первого ребёнка на всю жизнь покрывали голову платком. Любица Няради с недавнего времени организовывает здесь «Ночь музеев» и устраивает различные выставки.
Руски-Крстур — маленький городок с большой историей и богатой культурной жизнью. Здесь каждый месяц проводится какой-нибудь международный фестиваль или праздник.
— Приезжайте в августе на традиционный фестиваль крстурского перца! Это своеобразный праздник урожая, где будут также конные скачки. Только что у нас закончился международный русинский фестиваль «Червена ружа», когда к нам приезжали русины со всего мира. Народные песни, пляски, детские конкурсы, конкурсы певцов — весь город был наполнен музыкой! — с гордостью сообщает директор местного Дома культуры Мими Рац Йоаким.
— У нас есть театральный фестиваль в честь вашего, между прочим, соотечественника — русского эмигранта Петра Ризнича Дяди, который создал у нас здесь театр. Этот праздник драмы проходит у нас с 1969 года! С постановками на русинском языке участвуют большие и малые театры со всего мира. Также мы проводим фестиваль «Костельникова осень», где участники представляют свои стихи, научные работы, художественные произведения на русинском языке и таким образом развивают нашу литературу, вдыхая в неё свежую энергию. Ну и куда без музыки? «Водова фест» с 1999 года собирает в Руском Крстуре не только знаменитых музыкантов: мы даём возможность выступить там и начинающим, — перечисляет Мими Рац Йоаким.
Он с гордостью говорит, что крстурские актёры и певцы объездили всю Европу.
— Не были только в России и Америке, но готовы приехать к вам и показать, на что мы способны! — воодушевился нашим приездом директор Дома культуры.
В центре города высится белокаменная церковь святого Николая. Она была построена в XVIII веке первыми поселенцами. Русины — униаты, они исповедуют греко-католическую веру. Эта кафедральная церковь в Руски-Крстуре весной 2019 года возглавила греко-католическую епархию Сербии и Черногории.
На пороге нас встречает пастор Михайло Малацко.
— Церковь в жизни русинов сыграла одну из важных ролей. Культура, образование и вера — вот три столпа, которые держат национальное самоопределение любого народа. Переселившись сюда 260 лет назад, русины первым делом построили церковь и открыли гимназию, сохранив свой язык и религию. Если бы русины не сохранили свою веру, как народ они бы сейчас уже не существовали. Они бы осербились, приняли православие… Благодаря нашей церкви нам удаётся сохранять свою самобытность, — говорит священник.
Службы в церкви святого Николая все эти два с лишним века проходят на церковнославянском и русинском языках. У пастора Михайло два помощника, поддержку оказывают также сестры католического монастыря, расположенного неподалеку. Разные гуманитарные акции вместе с церковью здесь проводит международная католическая благотворительная организация Caritas.
— Как вообще русины ладят с сербами? — спрашиваем мы Любицу Няради.
— Прекрасно ладим. Исторически сложилось, что мы легко сходимся с людьми, умеем дружить, мы хорошие соседи. Хоть и нескромно хвастаться, но русины действительно очень мирный и гостеприимный народ,— подчеркивает она.
Муссирующиеся в Воеводине идеи об отделении края от Сербии Любица Няради считает бесперспективными. Главное, говорит, сосредоточиться не на разрушении, а на созидании.
— Мы были бы счастливы, если бы получилось улучшить экономическую ситуацию в нашем крае, чтобы задержать здесь молодёжь, которая рожала бы детей, работала… А что ещё нужно для счастья? — задается вопросом русинка.
Сын самой Любицы закончил факультет русинского языка, но работать по специальности не собирается. Готовится переехать в Словакию.
— «Не хочу получать тут минимальную зарплату. Пусть я не буду работать учителем, зато стану зарабатывать несколько тысяч евро в месяц», говорит он мне. А что я сделаю? — огорченно вздыхает Любица. — Здесь действительно негде работать. Русины отсюда уезжают семьями.
Первая волна эмиграции русинов из Сербии была в начале 90-х. Тогда, во время войны на Балканах и распада Югославии, люди массово уезжали в Канаду. Первым переехал местный священник вместе с родней. За ним потянулась крстурская интеллигенция: инженеры и врачи — на этих специалистов в Канаде был спрос.
К концу 90-х наступила вторая волна эмиграции. Её составила молодежь, получившая среднее образование. Так как русины рассеяны по всему миру, в некоторых европейских странах у них есть возможность учиться в университетах на родном языке. И они эту возможность используют, чтобы бесплатно получать образование и одновременно работать в более богатой стране.
Следующая волна эмиграции из Крстура началась три года назад, когда тут закрылся огромный сельскохозяйственный комбинат. Предприятие продавало кукурузу, горошек и красный перец из Крстура не только в Европу, но даже и в Америку: овощи были овощи высшего качества.
— С поля прямо в морозилку попадали! — рассказывает Любица.
На комбинате люди работали целыми семьями. Когда он закрылся, русины стали искать возможности выжить за границей.
—Раньше у нас в Крстуре жили восемь тысяч человек. Сейчас осталась половина… Тут работают только школа, больница, пара аптек и несколько маленьких мебельных фирм. Мой старший сын — музыкант, он играет на рояле, кларнете, аккордеоне, зарабатывает на свадьбах и крестинах. Есть фермеры, они живут тем, что сами выращивают на земле… Всё, больше работать в Руски-Крстуре негде, — с горечью говорит Любица.
Тёплый во всех отношениях день клонился к закату. Пустующие днем улочки (а по-русински — улички) Руски-Крстура постепенно стали заполняться людьми. Жара спала, фермеры потянулись в поле по своим деревенским делам.
С Любицей Няради, как и со всеми встреченными нами сегодня русинами, мы расстались друзьями. Покидая этот радушный маленький городок с большим славянским сердцем, вернуться мы пообещали на праздник паприки.