Николай Петрович Сухонин еще в окно увидел, как Валентина подошла к его дому. Засуетился вдруг, заволновался, - не пацан ведь, а дед, за семьдесят уже. А вот все равно на душу переживания ложатся.
Николай Петрович вдовец, и после того как жена покинула его на этом свете, решил, что век свой один будет доживать. Но Валентина Федотовна, на пару годочков моложе его, что-то зачастила: то за помощью мужской обратится, то пирогов принесет по-соседски, то поговорить зайдет, тоже ведь одинокая.
- Негоже бабе самой напрашиваться, - сидя в небольшой кухне, сказала женщина, - но ты уж подумай Николай Петрович, как нам дальше жить, может объединиться, я к тому, чтобы вместе проживать. Наоборот, конечно, надо бы, - мужчина обычно сватается.
- Ну, да, есть в твоих словах смысл, - признался хозяин, - подумать надо, с дочкой поговорить.
Марине он позвонил на следующий день, заикнувшись про Валентину. А через два дня, дочь, отложив все дела, приехала. Геннадий, Маринин муж, отмалчивался, ему и так понятно: деда брать и в город везти, какой с него уже молодожен.
Марина быстро подсуетилась, опасаясь, что соседка, поселившись в доме отца, приберет его к рукам, хотя у соседки и свой дом имеется. Поэтому срочно повезла Николая Петровича в город, - для начала осмотреться, пообвыкнуться.
Так получилось, что дальше районного центра за три десятка лет не выезжал, не было такой необходимости, хоть и расстояние всего 180 км. Николай Петрович со страхом смотрел на высотки, город хоть и небольшой, но дома в двенадцать этажей казались ему гигантами.
Остановились у супермаркета, он вышел из машины, чтобы размять ноги. У магазина крутилась женщина чуть моложе его, рядом стояла небольшая коробочка с монетами. Он полез в карман, достал деньги. – Николай Петрович, ты чего? – схватил за руку Геннадий, эта попрошайка всегда здесь стоит.
- Ну, так денег надо дать, может человеку помощь нужна.
- Не надо ей деньги давать, пропьет все равно.
У самого входа в супермаркет стояла молоденькая девушка с прозрачной коробкой. На девушке было что-то в виде жилета с надписью какого-то фонда. Девчонка окликала прохожих и просила подать больному ребенку на лечение. Николай Петрович решил, что уж тут его помощь по адресу будет.
- Папа, садись лучше в машину, - остановила Марина, - а то ты так все деньги раздашь; неизвестно, какой фонд она представляет, может только прикрываются больными детьми.
Николай Петрович послушно сел в машину. «Что же это такое получается, - думал он, - что это за времена, что никому верить нельзя. И Маринка-то может права, и зять прав, только все равно это неправильно, раз доверия никому нет».
Он вспомнил, как раньше деревенские помогали друг другу, даже дом можно было построить всем миром. Печаль или радость, все делили вместе. Свадьба у кого, зовут лучших хозяек угощение готовить. И никто не сомневался, что помощь не по адресу пойдет.
_____________________________
Валентина Федотовна печально смотрела на ворота Николая Сухонина, надеясь, что хоть за вещами приедет, тогда и проститься можно будет, все-таки всю жизнь в одной деревне прожили.
Она принесла с огорода укроп, лук, огурцы и стала делать салат, думая о том, что остались в ее жизни только одинокие вечера. На крыльце послышались шаги и дверь открылась.
- Ну, здравствуй, Федотовна, - Николай Петрович даже слегка наклонил голову, выражая свое почтение хозяйке. - Валь, ты еще не передумала замуж за меня идти?
Валентина Федотовна так и застыла с пучком укропа в руках.
- И не возражай, отказ не приму, - сказал Николай Петрович и сел на табурет. – Вдвоем, как говорится, веселее. Так что сватаю я тебя.
Валентина так растрогалась и обрадовалась появлению Петровича, что пошла доставать новую скатерть, - сватовство все-таки.