— Мама, что ты тут делаешь? — воскликнул Филипп, увидев, как из такси вылезает худенькая сморщенная Власта Ондеркова. Он почти сразу оказался рядом, подал ей руку и помог сойти на тротуар. — Я же обещал позвонить.
— Прошло полтора часа. Я больше не смогла ждать. Столько ночей в неизвестности, столько прожитых страхов, день за днем. Пойми, сынок, я не готова потерять тебя снова. Как только ты уехал, они накинулись на меня со всех сторон. Я вдруг подумала, что не увижу тебя вплоть до самой смерти. А она, поверь, близко.
— Ну, что ты такое говоришь, — неожиданно его негодование перетекло совсем в другое русло. Она прижалась к нему и заплакала. Он неумело погладил ее по плечу, а потом отпустил. — Давай поговорим об этом позже. Полицейские напали на след похитителя и ведут его автомобиль.
— А внучка? Что ты о ней знаешь?
— Она там же. Вроде в порядке, по словам полицейского, но больше мне ничего неизвестно.
— Ты что же намерен делать? — пани Ондеркова в миг преобразилась, ее глаза засияли. Она была готова бороться с кем угодно за счастье собственного сына.
Филипп пожал плечами, — ждать.
— Ждать? — вопрос повис между ними куском необработанного металла.
Старушка бросила взгляд на его черный автомобиль, на котором он приехал этим утром, потом перевела внимание на сына.
— Мы могли бы поехать за полицейскими и нагнать похитителей, — робко предложила она.
— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Филипп и приоткрыл карман куртки.
Внутри виднелась пол-литровая бутылка виски.
— Как же я сразу не догадалась, — серая змея ущипнула ее за сердце. — От алкоголя умер твой отец, — негромко произнесла она.
— Я знаю. Но сейчас не могу. Может быть, позже брошу. Но не сегодня. Ты не представляешь, что я пережил.
—Представляю, — небрежно добавила мать. Когда мы потеряли одного сына, а второй исчез из нашей жизни по собственной воли. Отец начал пить, а я молиться. Каждый день утром перед завтраком и вечером перед сном. Мои молитвы касались лишь твоего здоровья.
Власте Ондерковой было тяжело стоять и, они присели на лавочку в парке, рядом с дорогой.
И женщина продолжила рассказывать свою историю, — я молилась лишь о том, чтобы мой мальчик был здоров. Конечно, в тайне я не отпускала мысль о твоем возвращении, но все же была реалисткой и считала, что этот миг наступит, но позже.
— Он наступил гораздо позже, чем ты ожидала? — спросил Филипп, держа в руках прохладную ладонь матери.
— Да. Но дело не в этом. Алкоголь убивал твоего отца, и он не дожил до твоего возвращения. Хотя, мой мальчик, поверь, он ждал его не меньше моего. Молитва же помогала мне не терять веру. Каким путем следовать, выбираешь только ты сам.
Он крепче сжал ее руку, — я понимаю, мам. Но мне тяжело.
— Ничего. Мы с этим справимся.
Между ними лежали километры не сказанных слов, пропущенных праздников и традиций, и тем не менее каждый из них надеялся, что все еще можно поменять. Это был странный союз матери и сына. Пани Ондеркова положила чехол со скрипкой на скамейку и сказала, — я хочу подарить ее своей внучке. Ты не будешь против?
Филипп грустно улыбнулся и сказал, — Кристоф был бы рад услышать, как она снова заиграет.
19.5#Praga_book (Прага)
Продолжение следует в новой статье. Подписывайтесь на канал, чтобы быть в курсе событий.
Читать все главы сначала по ссылке.