В обоснованиях промышленной деятельности в тайге выводит из себя полное отсутствие логики.
Наряду с единственным аргументом – куча денег в одних руках, бизнес рассказывает о рабочих местах и каких-то инвестициях.
Попытаемся понять, что считают инвестициями промышленники через условные типы эксплуатации тайги и что приобретает тайга после промышленности.
1 тип эксплуатации – через не возобновляемые ресурсы. Их можно изъять один раз – продать - зафиксировать прибыль – и поехать ее тратить на тропические острова. При капитализме это приемлемо. Аргументы пользы (кроме своей прибыли) весьма натянуты – рабочие места. Не для всех и на время. Не факт что местным – нет компетенций и надо северные платить. Поскольку аргументами промышленность особо не заморачиваются, можно предполагать, что аргументы передаются на более высоком уровне. Последствия промышленности всем известны: добыча ПИ превращает участок тайги в отвалы, меняются русла рек, воды засоряются веществами опасными природе и жителям ее. Которые уходят или погибают. Рабочие места кончаются после ухода промышленности. Пресловутые инвестиции приходят в оборудование, которое приходит в негодность и пользы району не приносит. Некоторая польза есть от налогов, схемы изъятия которых (на что-нибудь бестолковое) имеются с 90-х. Но и эти налоги конечны.
2 тип – через возобновляемые ресурсы. Особо опасны природе и вырубки, хотя казалось бы, ресурс возобновляем. Здесь основная засада – воздействие масштабно. Тем более при нынешнем развитии техники, игнорировании 300-х летней лесной науки и, как следствие, преобладание сплошных рубок. При которых страдают водотоки, почва. А восстанавливаются лес до того же состояния через 350 лет (вместе с присущим биоразнообразием). И если сажать лес, и если его не сажать. Что получает территория от инвестиций: техника, которую учли инвестициями - увозится, если не разваливается, временные строения остаются и рушится, никуда больше не пригодные, рабочие места кончаются. Доходы, естественно тоже вывозятся. На налоги, два раза пересланные туда-сюда что то строится для социалки - втридорога. Дороги не строятся по причине убыточности лесозаготовок. Накатываются только зимники. То есть территория на два века минимум выводится из оборота вовсе. И лишается источников налогов на 100 лет минимум.
3 тип – аренда для целей охоты бизнесом. Институт аренды выдуман но не продуман. Или нарочно выдуман кривым. Эксплуатация (по намерениям) устойчива, с другой стороны – привносит конфликт в лес, провоцируя браконьерство и соц.напряженность. В европейской части Россиюшки, аренда площадей используется как вложение лишних денег бизнесом, как показатель престижа, закрытый участок леса для себя. Инвестициями засчитываются строения, сооружения для охоты, техника и т.п. На пользу популяций эти действия никак не влияют. Максимум они способствуют концентрации диких животных, чтобы удобнее их отстрелять, или разводят внесенные виды животных специально для охоты. Ресурсы используются не комплексно. Рабочие места ограничены. Кол-во услуг населению ничтожно из-за их цены. Однако территория сохраняется, хоть и не развивается. Фактически изолируется от населения. Заповедник для избранных?
4 тип – комплексное развитие. Этот тип не институционален, однако существует испокон (и при социализме тоже): доступные угодья комплексно эксплуатируются населением, слабо доступные эксплуатируются по наиболее ликвидным видам ресурсов. То есть этот логичный обычай не стал законом. Почему – понятно всем – он не создает кучи бабок для предприимчивого парнишки, а создает лишь рабочие места для всех жителей и постоянно. В предпочитаемых или традиционных видах деятельности населения. Что мы имеем при таком типе развития - возобновляемые ресурсы комплексно используются, традиции сохраняются. Перспективы развития существенны и проистекают из традиционной культуры и традиций. Например - рынок экологичной еды, лектехсырья и туризма. Причем туризм - на третьем месте в мире по обороту средств - после торговли оружием и углеводородами. Что здесь можно считать инвестициями – снабжение тайги строениями – как для всего комплекса эксплуатации ресурсов, так и для развития туризма. и т.д. Почему это звучит фантастикой? Потому что мы, в свое время, посчитали не фантастикой рыночную экономику.
Что здесь делать – не знаю. Но общинам никто не запрещает арендовать участки тайги.