Я недавно писал статью о моряках немецкого флота Кригсмарине (можно почитать здесь). В комментариях появился вопрос, в каких условиях воевали наши подводники? Привожу воспоминания участников боевых рейдов в Баренцевом море в годы войны.
В лодке жуткая теснота, а за клепаной сталью тонны морской воды давят. Электрический свет тусклый от экономии. Переборки всегда влажные от конденсата. Ну и холод, поскольку отопления не предусмотрено. Торпедисты так вообще под ватники всю одежду на себя надевают. Температура такая же, как забортная вода - не выше восьми градусов. В аккумуляторной, где электрики, всегда пар хлора стоит, глотку и глаза выедает. Зато в моторном отсеке, когда лодка идет на дизелях в надводном положении, жара несусветная.
Условия для экипажа спартанские. Все гайки и вентили смазаны от ржавления толстым слоем солидола. В тесноте непременно мазанешься. Так и ходишь грязным и, конечно, не бритым. Ведь пресную воду берут на лодку для приготовления пищи. Ходят все заросшими и грязными. Для сна имеется влажная койка. Она предназначена только для сменной вахты, поэтому одна на двоих, а то и на троих. Такую систему отдыха моряков ещё англичане придумали, назвав «теплой койкой».
С питанием обстояло неважно. Основная еда - консервы и сухари. Ни о каких фруктах и овощах в условиях Севера мечтать не приходилось. А вернулся живым из похода на базу, попарился в бане, попил спирта и снова в море. У немцев не так. Две недели в рейде, неделя отпуск дома, неделя – ремонт и месяц пролетел. Вот и наживали на подводных лодках колиты и геморрои от запора. Профессиональные, так сказать, заболевания.
В подводном положении воздух для продувки гальюна не расходовали. Во-первых, его экономили. Он нужен для продувки во время всплытия. А то нырнешь поглубже, а продуваться будет нечем. Так там и останешься. Во-вторых, всплывшееся на поверхность дерьмо может выдать местонахождение лодки немецким самолетам-разведчикам. Вот все и терпели до темноты по большому. А по маленькому, особенно по боевому расписанию, мочились на месте. На дне внутреннего корпуса лодки под рифленым настилом всегда вода плещется.
Однажды в 1943 году загнал немецкий эсминец нашу подлодку на банку и глубинной бомбой разворотил корму. Задраенные переборки выдержали. В центральном и торпедном отсеках осталось живые люди. Была надежда продержаться некоторое время, поскольку аварийный запас сжатого воздуха остался. По колено в ледяной воде дождались темноты и стали по двое выбираться на поверхность через торпедную трубу. Предварительно кинули жребий, чтобы создать очередность. 14 человек выбросились, остальным воздуха не хватило.
Эвакуация через торпедный аппарат мероприятие рискованное. Ну, выкинет тебя нагрудник как пробку на поверхность. Для лодки 20-30 метров глубины мелко, а человеку достаточно для всплытия. Да только при этом кессонная болезнь возникает. Вскипит в крови азот, закупорит сосуды и обеспечен некроз тканей. Если нет поблизости спасателей, то смерть тебя ждет в муках. Правда, не в железном гробу, а на свежем воздухе.