– Итак, история значит! – вместо приветствия сказала Татьяна Ивановна, женщина 50-55 лет и внешностью на 65, учитель истории и каких-то невнятных общественных наук. В классе шумно, на педагога никто не обращает никакого внимания. Но Татьяна Ивановна не отстаёт и тоже совершенно безразлична к происходящему вокруг. – К доске пойдёт… – добавила она с театральной интонацией и начала водить ручкой по списку. – Пойдёт к доске... Голос учительницы начал теряться за шумом мартовской капели. Тяжёлые жёлто-коричневые капли падали с облезлого заплесневевшего потолка и звонко шлёпались в расставленные на столах вёдра, тазы и прочие сосуды. Композицию дополнял остов новогодней ёлки, украшавший подиум возле доски. – Пойдёт к доске… – Татьяна Ивановна всё продолжала прощупывать взглядом журнал. – Борзова, выходи! Борзова вышла. – Борзова, бери ведро с тряпкой и мой пол. Видишь, грязища какая! И воду из тазиков вылить не забудь. Надо, чтоб чисто было. Я люблю чистоту! Понимаешь, я такой человек, что