Пермь. Май. Почти лето. Иду по Ленина с этой, как её...
Иду и думаю — нет, я так не могу. Африка, дети там, котики, пёсики, бездомные люди живут вне дома, а я щас в кабаке буду сидеть с этой, как её, виски пить, а потом в сауну поеду, любить эту буду, как матрос, и так и сяк, и наперекосяк, и шиворот-навыворот, и вообще — черт знает как!
Повернулся к этой и говорю:
— Не могу я так!
А она такая:
— Африка?
А я:
— Конечно.
— Пёсики?
— Они.
— Котики?
— Да.
— Бездомные люди?
— Ну, разумеется.
Тут она говорит:
— Пойдем, я тебе помогу.
Пошли. Пришли в Горьковскую библиотеку. Третий этаж.
— Что здесь?
— Здесь люди котикам книжки читают. В рамках "Библионочи".
— Ух ты! А мне можно?
— Конечно. Сейчас почитаешь и пойдем в бар. А потом в сауну. Ну, чтобы ты любил меня, как матрос.
— Только ты имей в виду, я страницы три прочитаю, не меньше!
— Да хоть все четыре, милый. Я ведь знаю, как тебе важно быть хорошим человеком.
Я чмокнул эту в щеку и сунул ей телефон.
— Жена если будет звонить, возьми трубку и скажи, что я на совещании. Сам перезвоню. Командировка всё-таки.
— Разберусь как-нибудь. Иди уже — читай.
И я пошёл. Пять страниц целых прочитал. Снял афрокотопёсикин синдром. Полегчало прямо. Три дня потом с этой кутил. И так и сяк, и наперекосяк, и шиворот-навыворот, и вообще — черт знает как!
Павел СЕЛУКОВ