Система автоматизированного массогабаритного контроля большегрузного транспорта «Платон» создавалась для пополнения бюджета государственной компании «Автодор» в форме возмещения ущерба, который причиняют большегрузные автомобили федеральным и региональным трассам. Функцию контроля и сбора денежных средств возложены на компанию «РТ-Инвест Транспортные Системы» (РТИТС). Создателем системы является АО «РТ-Инвест», которой принадлежит 50% акций. В этой схеме лично Ротенбергу принадлежит 25% акций.
За три с половиной года «Платон» собрал с зарегистрированных перевозчиков 77 млрд. руб. и полностью окупил затраты на развертывание системы, которые составляли 29 млрд. руб. Эффективность вложения денег превышает все известные стартапы, т.к. акции не подвержены влиянию рынка и являются основой для распределения доходов. Фиксированная и покилометровая схема взимания оплаты гарантирует стабильность поступлений.
Игроки
Интрига с появлением интереса АО «РТ-Инвест» к сфере организации автоматизированного контроля ситуации на дорогах заключается в том, что правительству предлагается запретить заключение контрактов на установку и обслуживание видеокамер между властями регионов и частными компаниями. Это объясняется коррупционной компонентой, которая возникает в отношениях частного бизнеса и госструктур регионального уровня. Замминистра транспорта Алексей Семенов предложил создать единого оператора системы контроля ситуации на дорогах, что, по его мнению, снизит коррупцию и позволит контролировать всю систему. Из претендентов рассматривается: дочернее предприятие «Ростеха» и ООО «Глонасс БДД». Но чиновник считает, что справится с такой задачей сможет только РТИТС с опытом организации «Платона» и имеющейся системой видеонаблюдения и коммуникаций. Руководство компании не подтверждает факт подачи заявки на участие в тендере, но не исключает возможность применения своей инфраструктуры, что позволит повысить эффективность «Платона».
Кому и что дает
Появление единого оператора в сфере безопасности движения не решает проблему роста нарушений скоростного режима и других правил ПДД на дорогах, т.к. аппаратная и организационная структура не меняется. При сохранении условия, когда размер оплаты за услуги зависит от количества зафиксированных правонарушений, остается открытым вопрос об объективности системы фиксации правонарушений. Кроме этого, не решен вопрос собственности и оценки для передачи существующих систем видеорегистрации и их дальнейшего применения.
Другой аспект создания новой структуры — появление организации со значительными организационными и финансовыми ресурсами, которая по своей влиятельности приравнивается к государственной на федеральном уровне. Прецеденты имеются — это Газпром, РЖД, РАО ЕЭС или Сбербанк, образование которых не повлияло на рост благосостояния граждан, но серьезно перераспределило доходы от «народного достояния». «Прибыли» региональных чиновников может и упадут из-за перехода денежных потоков на другой уровень, а фактически происходит их банальное перераспределение в интересах крупных корпораций. Заявление об эффективности частного бизнеса в сравнении с госуправлением остается мифом и не учитывает сращивание коммерческих и государственных структур в формате частно-государственного партнерства.
Появление нового «Платона» в системе безопасности движения можно считать очередным завоеванием частного сектора в системе государственного регулирования, которое дискредитирует себя работой чиновников на всех уровнях.