«Я боюсь Бога опечалить»: лидер рок-группы «Алиса» в эфире Радио КП рассказал о вере, рок-н-ролле и о том, на что надеется.
Жизнь изменчива, а рок-музыканты изменчивы вдвойне. На памяти одного поколения Константин Кинчев и Вячеслав Бутусов «зажигали» толпы фанатов на стадионах, исповедуя недобрую религию «секс, наркотики, рок-н-ролл».
А что теперь? Сегодня и Кинчев, и Бутусов – истовые христиане, воцерковленные люди. О том, что сейчас думает о жизни, любви, творчестве, Боге и себе, Константин Кинчев рассказал слушателям программы Владимира Легойды «Откровенный разговор».
О себе
- Я не такого высокого мнения, чтобы о себе говорить. Но если формат передачи требует представиться, я исполню это требование: Иван Дурак, Константин Кинчев, шут гороховый…
О пельменях и Бутусове
Вячеслав Бутусов часто вспоминает эпизод, когда был вместе с Кинчевым на гастролях и отчаянно жаловался ему на бессмысленность жизни, тяжелое состояние.
Кинчев же в этот момент обедал. Дело происходило в Сибири, и на обед были, конечно, пельмени.
Вот что вспоминает Бутусов: «Я жаловался, жаловался, а он на меня так посмотрел спокойно и стал дальше пельмени есть. И мне стало ясно, что вот сидит нормальный человек, и все у него в порядке. На меня это очень сильно подействовало…».
- Ну я голодный был видимо. Я в тот период не пил, поэтому с удовольствием и аппетитом поел пельменей.
С кем говорить о вере
- Я о вере предпочитаю говорить с единоверцами, но, в крайнем случае, с иудеями или мусульманами. А с безбожниками, сатанистами и язычниками я не буду говорить не тему веры. Переубеждать никого не собираюсь. Метание бисера это не моё занятие.
Если это действительно вопрос исключительно ко мне, и ни от кого другого ответа человек не сможет услышать, только от меня, то я пытаюсь на эту тему говорить и рассказывать свою дорогу.
Но, как правило, словами не передать той глубины переживаний, которая существовала, и в результате вот этой череды чудес, которые привели меня в церковь, слова все эти нивелируют в простую банальность какую-то. Не могу объяснить это словами и не стараюсь, и частенько пытаюсь не говорить об этом
О Боге…
- Бойся обидеть Бога, хотя его обидеть невозможно, но бойся сделать поперёк. Тебе потом в глаза смотреть, отвечать.,. Я боюсь Бога опечалить, расстроить как отца.
Бойся, Проси и Верь
- Только в отношении Бога - бойся, проси и верь. Человека ни о чем просить не буду, даже друга. Только это моё отношение, как я понимаю своё служение. Это вот три задачи, которые я себе рукопоставил – Бойся, Проси и Верь
О трудностях
- В вере я не сомневался, в правильности выбранного пути тоже. В лени, да, у меня проблемы, ну и тщеславие, и всё такое.
Я говорю, что я верующий, но часто забываю, что я верующий, о себе очень большого мнения, и часто забываю, что вся жизнь не посвящена вращению орбит вокруг меня. И тогда я опять в себя прихожу, в церковь иду, потом опять разваливаюсь на атомы.
О надежде
- Надежда, это и есть то главное, что у меня остаётся. Есть робкая надежда, что буду прощён. Это последнее, что у нас остаётся, когда мы абсолютно ленивые и ничего не хотим делать, топчась на месте.
Уныние – это полная богооставленность. Полная. Надежда меня не покидала, что я буду прощён. Это моя путеводная звезда в вере. Есть чёткое ощущение надежды, что Господь меня любит.
О терпении
- Смиряюсь. Если ты смирен, то о терпении уже речь не идёт. Смирение это высшее достижение на дороге к святости. Иногда терпеть не получается. А если так, то о каком смирении можно говорить?
О творчестве и смирении
- С мерой… у меня большие проблемы. Я меры вот с алкоголем не знаю. Я, по сути алкоголик, которые не знает меры. Мне достаточно рюмку выпить и я «поехал», остановиться не могу…Я не пил 8 лет, потом сорвался на 50-летие. Лет 7 пил. Щас опять не пью.
Творчество и смирение не соприкасаются как понятия. Творчество это дар. А он над всем стоит. Иногда твой разум находится с даром в резонансе, а иногда в диссонансе. Есть надежда, что дар оттуда.
Скачать передачу [mp3, 45.5 МБ]