Помните, я писал о незавидной судьбе рюмочных в Москве? Так вот, есть, есть шанс на то, что жанр возродится.
Вчера я шёл по Гусятникову переулку, и вдруг с одного уличного подоконника поднимается человек и говорит: «Привет!» Присмотрелся — а это Антон Фадеев, повар, с которым я познакомился давным-давно в клубе «Солянка». «Ну-ка, заходи к нам», — говорит Антон. И показывает на дверь рядом с собой. На двери написано вот что.
Это я сейчас вспоминаю, что видел это название в фейсбуке. А вчера такой думаю: «Ничего себе». Присмотрелся к меню, которое висит за стеклом.
Малосольный огурец! Сало с горчицей! Селёдка с луком! Бутерброд со шпротами и баклажанной икрой! А главное — бутерброд с килькой и яйцом! То самое, что в Эстонии называют килулейбом и килувыйлейбом, а в Питере — бутербродом с килькой и яйцом.
А рядом — алкоменю. Тоже крайне любопытное: с упором на дистилляты. То есть на самогон, грубо говоря.
Видите, и зерновых полно, и фруктовых.
Одно но: пить мне не очень хотелось вчера. И ещё я был с дочкой. Так что сказал Антону: «В следующий раз» — и мы пошли дальше. Но потом я думаю: ну как вот так просто уйду и не попробую, как в «Рюмке» делают бутерброд с килькой и яйцом! Ни я себе этого не прощу, ни вы мне этого, дорогие читатели, не простите.
Вернулся. Зашёл. Воскресный день, ничего удивительного, что пусто. На стене — оммаж известным московским уличным наклейкам. Но атмосфера — какая-то питерская.
У бара стоит молодой человек и говорит: «Привет, я Никита. Мы виделись в Питере в «Терминале» и «Бекицере». Вот, думаю, не обманули предчувствия, не обошлось без Петербурга. (Да и «Солянку», где работал Антон, тоже в своё время питерцы открыли.)
«Терминал» — это первый питерский бар с разговорами вместо танцев. По его образу и подобию там большинство баров потом организовывалось. А «Бекицер» — развесёлое местечко с израильской кухней, которое сделали те же ребята.
В «Рюмке» всё крайне минималистично, совсем как в Петербурге. Вот выбор. Поскольку я в «Терминале» и «Бекицере», так сложилось, пью практически всегда только чачу, то попросил чачу и бутерброд.
Вот они, красавчики. Чача грузинская, Askaneli Brothers, 220 рублей/порция. Бутерброды — 150 рублей за два таких.
Спрашиваю Антона: «Это что за белые капли?» Он говорит: «Майонез». Я говорю: «Майонез???» А он говорит: «Не майонез. Майонез!»
В общем, непростые в «Рюмке» килулейбы. Но симпатичные. Лук маринованный очень яркого вкуса. Яйцо в наличии, просто скрыто килькой.
Вот таких, собственно, мест не хватает Москве — простых, без претензий, с хорошим алкоголем. Цены не питерские, да. Но и город называется Москва, что поделать.
А ещё в рюмке есть прекраснейшая наливка «Спотыкач» производства новгородского завода «Алкон». Это суперкопченый супернасыщенный суперчернослив в жидком виде. 150 рублей/порция.
Вообще, будете в Новгороде (Великом Новгороде, для тех кто путает его с Нижним), зайдите обязательно в бар «Завод» при этом самом «Алконе». Это чуть ли не единственный на всю Россию бар, где основу карты составляет отечественный алкоголь. И коктейли на новгородской водке и новгородском джине получаются очень даже очень. А порция «Спотыкача» стоит там ровно 80 рублей.
Если зайдёте в «Завод», передайте привет бар-менеджеру Максиму Парфёнову. Отличный парень.
А это вот чайка, которую сделал недалеко от «Рюмки» неизвестный мне уличный художник — из оторванного объявления.
Вообще, советую окрестности Чистых Прудов в смысле стритарта — там его тонны. А открыл мне многое художник Иван Симонов во время ритусной прогулки, о которой я потом написал в «Новой газете».
В следующих выпусках — другие истории из мира еды. Пока же можно почитать про то, какими невозможными сосисками кормят в бизнес-зале в «Шереметьево», или про цены в супермаркетах на Фарерских островах. Подписывайтесь!
Закончу рваным нигерийским фанком — поёт и играет ансамбль The Elcados.
