Костопольчанка Екатерина Кишман одна из тех, кто в 1986 году находился на борту круизного лайнера «Адмирал Нахимов», когда тот тонул, столкнувшись с сухогрузом «Петр Васев». Это была одна из крупнейших катастроф советского пассажирского флота, забравшая 423 человеческих жизни.
Спастись Кате помогли люди, которые были рядом, стечение обстоятельств и воля Божья. «Я же даже плавать не умела», — до сих пор удивляется своему спасению.
Сегодняо событиях 31 августа 1986 года женщине напоминают лишь старое фото зловещего корабля и наручные часы, стрелки которых остановились в полдвенадцатого ночи...
На спасательном матрасе люди лежали в несколько этажей
В те годы 24-летняя Екатерина работала бухгалтером в «Сельхозхимии», организация обслуживала колхозы. Ей и еще двум сотрудникам профсоюз выдала путевки в круиз по Черному морю на лайнере «Адмирал Нахимов».
На отдых мама отпускала дочь неохотно, ведь она оставляла трехлетнего сына. В общем из Ровенской области в злополучное турне отправились 30 человек. Ночью корабль плыл, а днем люди ходили на экскурсии в городах черноморского побережья.
- В воскресенье в 22 часа мы отправились из Новороссийска в Сочи. Это был День шахтера, поэтому на борту все веселились, — вспоминает трагические события Екатерина. — Мы с друзьями зашли в бар, долго не задержались, пошли в кино «Я люблю тебя больше жизни». Очень хотела посмотреть этот фильм, думала, что он о любви. И поняв, что картина о войне, вышла на средине сеанса.
Моя каюта находилась на второй палубе. Готовилась ко сну, когда почувствовала удар. В открытом море я была впервые, поэтому думала, что то сильные волны ударяются о корабль, ведь начинался шторм.Однако врач Александра из Донецка, соседка по каюте, сказала, что что-то случилось, ведь погас свет.
Поскольку она уже плавала в такие круизы, приказала Екатерине достать с полки спасательные пояса и одеть их на себя. Людям никто не сообщал о спасательные пояса и тем более не показывал, как ими пользоваться. На мгновение загорелось аварийное освещение и снова погас.
- Когда мы с Александрой вышли на палубу, там творилось что-то непонятное: одни кричат, другие нервно смеются, мужчины светят спичками и зажигалками, — продолжает рассказ Екатерина Кишман. — Почувствовала, что корабль клонится на правый бок. По лестнице поднялись на центральную палубу, что была над нами.
Вижу, лежаки летят в море, корабль все больше клонится. Люди пристали к левому борту, кое-кто прыгал в воду. Я оказалась среди толпы, когда какой-то мужчина крикнул мне: «Прыгай!». Ответила, что не умею плавать, однако он схватил меня и бросил в море.
Что было дальше, женщина помнит смутно. Очнулась, говорит, возле спасательного плота, который напоминал надувной матрас. На нем была куча людей, Екатерина схватилась за обтянутый по периметру шнур. На том же плоте оказалась еще одна костопольчанка, Мария Полех, а за веревку держалась девушка из Ровенской области.
Немало людей были в ночных рубашках. Шторм достигал четырех баллов, вода холодная, а до берега — четыре километра. Два часа ждали пограничников.
- Настроение, царившее в тот момент на воде, невозможно описать словами. Люди плачут, ищут родных, рядом проплывают трупы, какие-то предметы с затонувшего лайнера, — вспоминает Екатерина Ростиславовна. — Один человек из нашего плота, начал всех успокаивать, просил не делать резких движений, чтобы плавсредство не перевернулось. Люди ведь лежали друг на друге в несколько этажей.
«Моей фамилии в списке живых не было»
Ни одну из спасательных шлюпок, что были на борту «Адмирала Нахимова», не успели спустить на воду. Лайнер высотой с девятиэтажный дом ушел на дно за семь минут после того, как в него врезался сухогруз «Петр Васев». Судно перевозило ячмень из Канады. Наша героиня рассказывает, что «Васев» был неприглядным и мрачным и появился, когда начался шторм.
Также очевидица страшной аварии говорит, что многие родители взяли с собой в ту роковую поездку детей. Поскольку трагедия случилась ночью, предполагает, что из детей мало кто спасся, ведь они уже спали.Екатерина вспоминает, как водолазы рассказывали в интервью, что у закрытых дверей находили десятки погибших.
- Около пяти часов утра нас привезли в Новороссийск. На причале ждали «скорые» и автобусы, которые развозили выживших по гостиницам и общежитиям, — продолжает женщина. — Там нам дали одежду и обувь. Составили перечень утраченных вещей. Несколько раз проводили составляли списки тех, кто спасся.
По неизвестным причинам моей фамилии среди живых не оказалось. Муж как раз был в командировке на Кавказе, получал новый автомобиль. Телеграмму «Живая. Здорова. Еду домой» отправила маме в деревню. Когда почтальонша принесла весть, она пасла на лугу корову, дома никого не было.Искать ее почтальон не стала, положила бумагу в сумку и забыла. Когда я вернулась, старший брат уже собирался ехать в Новороссийск. Маме о трагедии до последнего никто не сообщал.
Муж об аварии на корабле узнал случайно. В Полтаве грузовик без номерных знаков остановили работники ГАИ. Проверив документы, попросили довести одного из своих сотрудников в Киев.
Потом муж рассказывал Катерине, что слушал попутчика «вполуха», однако фразу «На «Адмирале Нахимове» столько людей погибло» «поймал» сразу. Ударил по тормозам, сказал, что там была его жена. После услышанного милиционер отказался ехать с ним дальше. Напуганный мужчина целую ночь гнал грузовик до Костополя. Навстречу ему выбежал брат Екатерины и сказал, что она вернулась.
- Сейчас ту страшную поездку напоминает лишь старая фотография корабля, которую мне прислали уже после трагедии, и наручные часы, который в воде остановился, — говорит Екатерина.