«Майонезу надо купить», - думает мама, скача на правой ноге, - «яиц, картошки и курицы. И тунца. Сделаю салат из тунца, сколько можно этот оливье есть. И ветчины кусок. Ну и что, что она вредная, зато удобная. Отрезал – и в рот, готовить не надо».
- Шляпу поправь, - командует ребенок, сидящий на горе подушек и пледов.
«Гирлянду надо доделать», - продолжает думать мама, послушно поправляя съехавшую шляпу с торчащими из нее бутафорскими перьями, и переключаясь на левую ногу, - «ну да, этому надоело на середине, а я теперь доклеивай, вот у меня будто других дел нет».
- АААРРРРААААААААРА!!! – вопит ребенок, и прыгает на своей горе. Это значит – ягуар пришел. Мама садится на корточки и старается стать маленькой-маленькой. Если повезет, ягуар ее не заметит. А если нет – то прыгнет на нее со своей горы. Ну, не прямо на нее, он клятвенно обещал, что в этот раз ТОЧНО прыгнет рядом. Но в предыдущие два раза прыгал почему-то прямо на нее. Мама тогда долго молча лежала и смотрела на потолок, потому что ягуар локтем засадил ей по голове, а ягуар обеспокоенно ходил вокруг и на маму старательно не смотрел, потому что ему было стыдно.
Ягуар маму не заметил.
- Давай дальше скачи, - поторопил маму ребенок. Вообще-то, сначала договорились, что ягуаром будет мама. Она очень хорошо умеет быть ягуаром, сидеть на удобных пледах, пить чай и изредка рычать. Но ребенок сказал, что мама плохой ягуар, потому что не умеет прыгать, набрасываться, сбивать с ног и зловеще сверкать глазами. Мама сказала, что хорошие ягуары так себя и не должны вести, но ребенок возмущенно заявил, что они, вообще-то, не в хороших ягуаров тут играют, а в нормальных.
Поэтому теперь мама скачет на одной ноге вокруг вигвама, размахивает картонным томагавком, поправляет съезжающую шляпу с воткнутыми перьями и вообще активно изображает из себя настоящего индейца.
«Вот ведь как бывает», - думает мама, снова скача на правой ноге, - «полчаса назад ты – уважаемый человек, Мария Дмитриевна. Но проходят какие-то несчастные полчаса, и ты – Свирепая Косуля из племени Черноногих, прыгаешь вокруг вигвама, издавая непотребные звуки, и сражаешься с ягуаром со зловеще сверкающими глазами».
Свирепая Косуля – это так ребенок придумал. Точнее, мама хотела быть Изящной Косулей, а ребенок настаивал на Свирепом Шимпанзе. Но тут мама уперлась, и Шимпанзе быть наотрез отказалась, даже пригрозила, что сейчас они не в индейцев будут играть, а в мама-пьет-чай-одна-на-кухне. Это мамина любимая игра. Ребенок еще немного побухтел, но, когда мама развернулась в сторону кухни, поспешно согласился.
А Черноногие – это потому что ребенок простудился, и ноги третий день не моет.
- Все, теперь давай поплывем на каноэ на охоту, - заявил ребенок, сползая с горы, - кого эти индейцы едят?
- Можно собрать черепашьих яиц, - охотно начала рассказывать мама, - это настоящий деликатес! Еще можно поставить силки на попугаев. Можно рыбу удить. Собрать урожай кукурузы. Или в лесу поискать что-нибудь съестное.
- Что-нибудь съестное – это бизона убить, например? – уточнил ребенок.
- Нет, это какие-нибудь ягоды поискать, или грибы, - объяснила мама.
Собирать яйца, искать ягоды и удить рыбу ребенок наотрез отказался.
- Поплыли охотиться на страшного огромного бизона, который будет нас бодать и ранит тебя в живот! – воодушевленно предложил ребенок.
«Ну да, а чего я ожидала», - подумала мама, и обреченно вздохнула – Пошли.