«От неё всегда чуть пахло духами с болиголовом. Нет, парфюмы тут ни при чём. Она сама источала такой странный ведьмовской запах. Одни аромат слышали и тянулись к нему. У других, просто начинало ломить голову. Сильные садились на волну и шли ведомыми — куда угодно. Слабые шарахались в разные стороны. Что именно пахло в ней — тонко и ненавязчиво, пьяняще и возбуждающе — определению не подлежало. Она, словно, была окутана дымкой. И шлейф болиголова, искушающе и иссушающе действующий на мужчин. Был всего в шаге от неё, даже если она сильно торопилась. Причём, любые другие духи, нанесённые на кожу или волосы. Тут же вступали с природным запахом в союз. И звучали богато и гордо. Однако, травяной нюанс — неприметный, дурманный — неотделимо трепал ноздри всяк чувствующего. И вносил свои коррективы. В планы, мнения, обязательства. И отношения полов.
Она и сама его ощущала. Воздушный взвар всегда сумеречных, непроходимых лесов. Заросших дикими бурьянами полян. Скудных растительностью тихих, заброшенных болот. Роскошных и сочных зеленухой пойм речушек. Запах свобод и вольностей. И не имея определённого вывода — нравится ей это или нет. Пользовалась странностью, скорее для успокаивания себя. Нежели, для встряхивания окружающих.
В прохладные дни флёр вился тонкой струйкой. И, скорее, обозначивал её. В жаркие сезоны густел и расплывался маревом. В период дождей оседал на мокрые локоны и тело. И был совокупен со свежестью и чистотой умытого мира. В морозы почти переставал проявляться. Ровно до тех пор, пока она не заходила в нагретое помещение. А там уж — шалил и буянил, до усталости!
«Мужчина, перестающий чувствовать эту композицию, начинает почти физически страдать… Если есть желание стать незабываемой…» Прочитала она когда-то про модный парфюм с нотками «мышиной травки». «...в составе есть… но болиголов перебить невозможно. Он доминирует и придаёт аромату необыкновенную сексуальность… Это не аромат женщины на ночь, а запах любимой… с которой хочется прожить всю жизнь...» Было сказано там же.
Она не знала — нужно ли ей это по жизни. Придаёт ли свойство комфорт и удобство или сулит будущие неприятности. Но не имея сил изменить порядок вещей, жила с этим. Той, «с которой хочется прожить всю жизнь…»
всю… жизнь…»