Ванна, ночь, темно, динамик телефона из которого вырывается девятая симфония Бетховена.
Влажное дыхание ночным паром проникает в легкие, а за тем разносится по всему телу, и ты становишься одним единым с этой капсулой-ванной. Тишину на клочья рвет слабый, местами дребезжащий, но честно несущий свой долг динамик телефона. Ты ничего не видишь, даже руки и потому полостью отдаешься другому познанию сущего. Перестаешь чувствовать себя частью мира, проваливаешься в мыслях. В этом что-то есть, какая-то своя таинственная привлекательность, не так ли?
В ванне без света:
Это спускаешься ночью по лестнице боясь оступиться, скрип старых ступеней продирает эту невыносимо молчаливую тишину спящего дома. Весна, мир только пробуждается от зимней спячки и тут же как в известной игре наступает ночь и город засыпает. Город засыпает и просыпаются фонарные столбы. Это ночной, мчащийся по рельсам, в окнах которого загораются и тут же тухнут огоньки, разрезающий фальцетом провинциальную тишину, поезд. Это черные и не выносимо родные зрачки человека, в которым ты утопаешь. Это теплая и уютная темнота одеяла, в которое ты прячешься с головой от усталости. Это угли истории в старых заброшенных домах. Это многоэтажки, усыпанные окнами квартир, в которых иногда горит свет даже в три утра. Это детство, ты закрываешь глаза и начинаешь считать до десяти, ты еще ребенок и боишься темноты, даже созданной самим собой, поэтому уже не терпится открыть глаза и начать поиски друзей (взрослую жизнь напоминает, не так ли?). Это твое первое воспоминание из утробы матери.
Это совокупность твоих воспоминаний, твой мир, который оболочка воды и темноты сопровождает всю жизнь.
Ванна без света.