- Да брешешь ты всё!
Это Ник. Который Николас. Смотрит на руины старого замка, орет:
- Да брешешь ты всё!
- А вот не брешу! Не брешу!
Это Ол. Который Олдрик.
- А брешешь!
Это опять Ник.
- Да будет вам!
Это Алу. Которая Алу. Которая братьев разнимает, потому что она… нет, не старшая, она на два года младше Ола, а вместе им всем двадцать лет, а старшего зовут Николас, а…
А Ол на замок показывает, орет:
- Да не брешу я ничего! Точно вам говорю, огни там были! И люди ходили!
Олу много рассказать надо, как там, в замке люстра горела, как дядя с тетей танцевали, у тети платье такое, как пламя в камине было, дрова потрескивали, а еще один дядя на пианине играл, красиво так… Только что все было, а как темноту ночи сменило сумеречье, так и нет ничего…
- Да брешешь ты всё!
Это Ник орет. Еще бы не орать, столько бежали за Олом этим, он там столько нарассказывал, там… там… а там и нету ничего.
Руины одни.
Ну, хоть по руинам полазать, и то хорошо.
- Друг мой, не надо.
Это хозяин дворецкому говорит.
- Друг мой, прошу вас, не надо…
Это снова хозяин дворецкому.
Дворецкий делает вид, что слушается, кивает, да-да, мой господин…
Господин уходит наверх, в кабинеты, дворецкий потихоньку приоткрывает дверь оранжереи.
Мальчишки вздрагивают от скрипа, Алу визжит, так визжит, понарошку, не испугалась Алу.
Дворецкий бесшумно выбирается из оранжереи, скользит к Олдрику, Олдрик его не видит. Еще бы, Олдрик только живых видит, не мертвых…
- Ай!
- Чего такое?
- Да… пчела укусила… - Ол потирает шею.
- Дай-ка я гляну, - Алу смотрит на шею Ола, на две точки.
- Да оставь ты, да прошло уже всё! Айда наверх!
Идут наверх. Там нет никого. Книги на полках рассыпались в труху. А из стрельчатого окошка видно заброшенный парк и обломки каменного лабиринта. Ник присматриавется, там в центре лабиринта вроде как что-то интересное, разбитая чаша какая-то, непонятно только…
Ол в жару лежит.
Врач только руками разводит, укол от жара делает. Говорит, если кожа пятнами пойдет красными, если рвать начнет, это менингит, это снова врача вызывайте.
Ник строит лабиринт из кубиков, знает ли Ник, что скоро сам будет в лабиринте плутать…
Ник бежит во весь дух.
По лабиринту.
За Ником гонятся.
Кто гонится?
Ник не знает. Темное что-то, страшное что-то, укусит – мало не покажется.
Ник бежит.
Торопится, путается в переходах лабиринта, вроде бы сколько раз сверху из окна смотрел, ходы запоминал, все без толку, а может, лабиринт сам в себе по ночам путается…
А чаша совсем рядом, Ник это чувствует…
Что-то темное, страшное хватает за ноги, Ник вырывается, Ник знает, что не вырвется, но Ник и еще кое-что знает…
А вот.
Неуловимый момент, когда темнота ночи сменяется первыми проблесками рассвета.
Темные тени тают, то, что было причудливым лабиринтом, оборачивается обломками и руинами, поросшими травой. Ник смеется, прыгает на одной ножке, на другой, ха-ха-ха, ничего-то вы мне не сделаете, ничегошеньки-ничего, солнце-то уже встало. Ник гуляет по остаткам лабиринта, поднимается по обшарпанным ступенькам, смотрит на осколки чаши, эх, черт, затемно до чаши не добрался, не увидел, что за чаша такая, а жалко…
И ничего-то Нику не сделают, ничегошеньки-ничего, солнце-то уже встало, темные тени ушли. Вот здесь у них засада была, здесь ловушки были, и нету, и все, и… а-а-а-а-аа!
Ник проваливается в пустоту, в черную бездну, аа-а-а-а, а так нече-е-стно, утро же уже… Ну и что, что утро, у темных теней свои законы-правила…
А так нечестно, говорит Алу.
А что нечестно, спрашивает дама.
А шесть часов, уже солнце встало, а вы исчезнуть должны.
Дама смеется, скалит голый череп, ой, девочка, астрономию знать надо.
А что такое, спрашивает Алу.
А то такое, девочка, время-то на июль пошло.
И что, спрашивает Алу.
А то, милая, что день-то на убыль пошел. И светать-то все позже начало.
А Алу и не знала.
Зубы дамы вонзаются в горло Алу…
Ол выбирается из постели.
Вчера Алу пропала, позавчера Ник.
Что такое, думает Ол.
Вообще что такое, думает Ол, что за ерунда такая, почему мы одни живем в большом замке, где наши родители, кто мы вообще друг другу, братья с сестрой или кто…
Ол спускается вниз по извилистой лестнице, выходит из замка в прохладу летней ночи, идет насквозь через лабиринт, при замке лабиринт есть Ол короткую дорожку знает.
А там и чаша стоит в центре лабиринта, и беседка, там Ник сидит, и Алу, Ник Алу кофе с эклерами подает, Алу хлопочет, господин дворецкий, вы же выходной хотели взять, дворецкий хлопочет, да подождет выходной…
Так вот оно все и случилось, говорит Ол.
Так и случилось, поддакивает Алу.
Целует Ола, супруг все-таки.
Ужинают.